Тем временем Дым подозвал моего противника. Это был высокий, худой парень по прозвищу Штырь. Он с насмешливой ухмылкой подкатил свой кастомный боббер — брутальную, мускулистую машину, созданную для яростных рывков с места.
— Правила простые, — пояснил Дым. — Становитесь на линию. Лиса даст отмашку. Нужно доехать до того фонарного столба, — он указал вдаль, метрах в трехстах от нас, — развернуться и вернуться. Кто первый, тот и выиграл.
Мы со Штырем встали на линию старта. Его боббер с грохотом сотрясал землю. Я ощущал на себе скептические взгляды толпы. Глубоко вздохнув, сосредоточился.
Лиса встала между нами и подняла руку. Секунда, вторая… Адреналин сжигал все внутри. Ее рука резко упала.
— Погнали…
Глава 23
Рука Лисы резко упала.
Я инстинктивно крутанул ручку газа, бросая сцепление. Черт! Слишком сильно!
Мотор взревел не как двигатель, а как раненый зверь. Вся мощь стритфайтера сорвалась впустую. Переднее колесо взмыло к небу, отрываясь от земли, и мотоцикл встал на дыбы, едва не вырвавшись из-под меня. Я всем телом инстинктивно вжался в бак, чудом поймал баланс и с грохотом обрушил байк обратно на асфальт.
Драгоценные секунды были потеряны. Штырь уже ушел вперед. Его толстое заднее колесо в клубах вонючего сизого дыма выплевывало гравий прямо мне в лицо. Мелкие камни больно ударили по щекам. Он обернулся, оскал был виден даже в полумраке, и насмешливо показал мне кулак.
Ярость вспыхнула и тут же погасла, сменившись холодным расчетом.
В ушах прозвенел голос Лисы:
Я проигнорировал его, заставив себя выдохнуть. Сбросил газ, поймал ритм двигателя. Теперь плавно. Мягко, но быстро. Передача щелкнула. Вторая. Третья. Мотор взвыл уже по-другому — не истерично, а мощно, и байк, повинуясь, рванулся вперед, пожирая разбитый асфальт. Я вспомнил второе правило:
Я наклонился так низко, что, казалось, слился с машиной. Ветер, до этого рвавший мою куртку, теперь со свистом проносился над шлемом. Мир сузился до двух точек: далекого желтого фонаря и удаляющейся спины Штыря.
Я медленно, но верно нагонял его. Вибрация мотоцикла превратилась в единый гул. Вот я уже вижу его бок, потом плечо, шлем. Мой стритфайтер, словно хищник, поравнялся с ним. Я мельком увидел ярость в глазах противника. Он не ожидал, что новичок так быстро придет в себя. Попытался вильнуть, прижать меня к краю трассы, к грудам строительного мусора. Я резко ушел в сторону. Металл чиркнул о металл, по рукам пробежал неприятный вибрирующий разряд, но я удержал байк.
Фонарный столб. Он приближался с пугающей скоростью. Тормозить.
Я выжал сцепление, с силой давя на оба тормоза. Заднее колесо взвизгнуло, блокируясь, и байк пошел юзом. Меня едва не унесло через руль, но я, балансируя всем телом, заложил крутой, почти невозможный разворот на грани падения. Штырь на своем тяжелом, неповоротливом боббере был вынужден заходить по широкой дуге. Он потратил на разворот на целую секунду больше. Это было мое преимущество.
Теперь мы летели назад. Я выжимал из мотоцикла все. Ветер уже не просто бил, он ревел в ушах. Земля под колесами превратилась в размытую серую полосу. Я видел только финиш — две горящие бочки и силуэт Лисы между ними. Штырь был позади, но я спиной чувствовал рев его мотора. Он не сдавался. Я вцепился в руль так, что побелели костяшки, мир сузился до этой огненной точки впереди.
Финишная черта. Я пронесся сквозь нее и резко нажал на тормоза. Байк снова пошел юзом, но я удержался. Штырь пролетел мимо, отстав буквально на полкорпуса.
Но победа есть победа.
Я заглушил мотор. Оглушительный рев сменился мертвой тишиной. И только тогда я понял, что не слышу ничего, кроме стука собственного сердца в ушах и шума крови. Адреналин отхлынул, оставляя после себя дикую слабость. Руки дрожали так, что я едва мог разжать пальцы на рукоятках.
С трудом слез с мотоцикла. Ноги были ватными. Ко мне подошел Дым. Он вытирал руки грязной тряпкой и улыбался.
— Ну что, парень? Ты меня удивил. Я думал, зассышь или размотаешься.
— Я же говорил, что шарю, — ответил с кривой ухмылкой, чувствуя, как по телу разливается волна чистой, незамутненной гордости.
В этот момент к нам подошла Лиса. Все напряжение сошло с ее лица, и она слегка, но искренне улыбалась.
— Ты молодец, — сказала она. — Я в тебя верила.
— Спасибо, — выдохнул я. — Без твоих советов я бы точно не справился. Эта штука чуть не вырвалась из-под меня.
— Да ладно. — Она отмахнулась, но я видел в ее глазах гордость. — Главное, что ты сам справился.
— Ну что, победитель, — прервал нас Дым, хлопая меня по плечу так, что я едва устоял на ватных ногах. — Пойдем в ангар. Обсудим твой приз.
Мы зашли обратно в его святилище, где пахло маслом, бензином и раскаленным металлом.
