– Мне нужно знать, кто двадцать два года назад подал заявку в ведомство по вопросам охраны труда.
– Может, поговорим об этом за ужином? – спросила Анья, явно слишком приблизив трубку к губам.
– С удовольствием.
Через три минуты он услышал, как она напевает
– Что ты хочешь узнать?
– Название школы и имя того, кто подал заявку.
– Симон Лее Ульссон… он был директором школы Людвиксбергскулан.
Когда Йона закончил разговор, Сага бросила свой стаканчик в мусорную корзину и посмотрела Йоне в глаза.
– Ты нашел связь, – сказала она.
– Абсалон замещал сторожа в Людвиксбергскулан в тот год, когда Виллиам и Тедди учились там в выпускном классе.
– Значит, это та самая школа?
– Так или иначе.
Йона подошел к школьной фотографии тридцатилетней давности и увидел, что оба будущих политика были одноклассниками и входили в одну гребную команду: восемь одетых в белое юношей с мускулистыми руками.
– В расследовании фигурирует еще один человек, который ходил в эту школу, – заметила Сага.
– Кто?
– Рекс Мюллер.
– Знакомое имя.
– Да, он ведет передачу про еду… Я знаю, он что-то скрывает, но в то же время у него алиби на оба убийства, – коротко ответила Сага. – Мы разговаривали с ним, потому что его зафиксировали камеры наблюдения, когда он пьяный мочился в бассейн министра иностранных дел.
– Это ни о чем не говорит.
– Янус взял это на себя.
– Правда всегда проступает на фоне деталей, – заметил Йона.
– Я знаю.
– Зачем он мочился в бассейн?
– Дурацкая провокация пьяного.
– Сначала это выглядит как дурацкая провокация… а потом элемент встает в головоломку, и вот – Рекс Мюллер угодил в центр нашего внимания, – сказал Йона.
Рекс и Самми были одни в большой кухне ресторана “Смак”. Широкие столы из нержавеющей стали вымыты и протерты насухо. Кастрюли, сковороды-гриль, половники, венчики и ножи неподвижно висели на своих крюках.
На Самми была мешковатая кофта, брови он накрасил черным, глаза сильно подвел. У Рекса на лацкане пиджака красовалась розовая роза, взятая из букета, который прислал ему вчера тот милый журналист.
Через две недели ресторану предстояло поменять меню; Рекс приехал, чтобы самому приготовить каждое блюдо, прежде чем ресторан откроется и начнется жаркая работа бригады поваров.
Абсолютная точность в сочетании с исключительно высоким темпом дают отменный результат, только если повар, подготавливающий ингредиенты, основной повар и шеф-повар безупречно выполняют каждый свою часть работы. И лишь когда кухня закрывается на ночь, повара обнаруживают синяки, мелкие ожоги и порезы, приобретенные за несколько часов интенсивной работы.
Сегодня Рекс запланировал грибное консоме, ковригу, маринованные лисички, масло с травами, спаржу, беарнский соус и медальоны из антрекота из хозяйства Сэбю. Когда он уже собирался уходить, в коридоре к нему вдруг подошел Самми и спросил, можно ли ему тоже пойти.
Пока мясо мариновалось в вакууме, Рекс показал Самми, как нарезать листики эстрагона, а потом смешать желтки, бульон из телятины, горчицу и эстрагоновый уксус.
Мальчик сосредоточенно выцеживал желток между двумя половинками скорлупы.
– Я не знал, что ты интересуешься готовкой, – еле слышно сказал Рекс. – Знал бы – всегда брал бы тебя с собой.
– Все нормально, папа.
Самми поднял взгляд и застенчиво посмотрел на Рекса сквозь длинную высветленную челку. В уголке глаза он карандашом нарисовал слезу.
– Ты очень способный, – сказал Рекс. – Я хочу, чтобы…
Он замолчал – слова растворились в чувстве вины, в осознании того, что это его ошибка – не знать ничего о собственном ребенке.
Пока Самми нарезал лук-шалот, Рекс приготовил консоме из лисичек и шиитаке, тимьяна и корня сельдерея.
– Некоторые просто процеживают бульон через несколько слоев марли, – сказал он и посмотрел на сына. – Но я всегда беру белок, чтобы связать загрязнения.
– Тебе разве не надо скоро уезжать? – спросил Самми и положил нож.
– На выходных я встречаюсь с инвесторами в Норрланде… просто небольшой комплимент, чтобы они оказались вовлечены лично.
– И ты не можешь предъявить им своего сына-гомика.
– Я только подумал… если даже я дергаюсь при мысли о компании парней, которые обсуждают бизнес и охотятся на диких оленей, то ты…
Рекс изобразил, что его тошнит над плитой, мойкой и на рубашку.
– Ладно, начинаю понимать, – улыбнулся Самми.
– Но с моей стороны…
Он оборвал себя, услышав, как скрипнула вертящаяся дверь сортировочной, и успел подумать, что для соус-шефа еще рано, когда дверь кухни открылась и вошла та красивая агент безопасности, Сага Бауэр, вместе с Янусом Миккельсеном.
Самми посмотрел на Сагу так, словно сейчас расплачется. Несмотря на шрам на лице, ее красота сбивала с ног.
– Здравствуйте, – сказала она и жестом указала на мужчину рядом с собой. – Это мой коллега Янус Миккельсен.
– Мы уже виделись, – сказал Рекс.
– Приказ Вернера, – пояснил Янус Саге.
– Это мой сын Самми, – представил Рекс.
– Здравствуйте. – Самми неожиданно галантно протянул руку.
– Вы тоже повар? – дружелюбно спросила Сага.
