Обсуждение закончилось тем консенсусом, что «Охотники Аароны» хотят эти деньги и согласны на контракт благородной семьи Корви. Суть же самого контракта заключалась в том, что кампания принимает на борт Братца Хача представителя семьи Корви, и под его руководством отправляется на поиск следов пропавшего три десятилетия назад экипажа «Белый Призрак». При этом, Корви признавали контракт выполненным не только в случае обнаружения корабля Белый Призрак или иных членов экипажа (живыми или, что вероятнее, мертвыми), но и в том случае, если дальнейшие поиски потеряют смысл в силу тех или иных причин. Проще говоря, если все зацепки у благородного пассажира кончатся. Последнее было вероятнее всего. Так что, кампании предстояло просто проплавать несколько месяцев в пустоте за очень неплохой гонорар. Никто из наемных мечей против такой перспективы не был.
Со своим решением «Охотники Аароны» обратились к коменданту Лакари Омана. Это нужно было леди Аароне, ведущей принятую среди аристократов игру. Впрочем, Шейла и сама понимала, что прямые переговоры между кланом, во главе которого стоит джентельдрейк Лаварэ Корви, и кампанией, которую возглавляет леди Аарона Джууни-Корви, оставят очень много неприятной недосказанности. Комендант Лакари прошение-ответ «Охотников Аароны» принял, и уже через станционные сутки передал сообщение от клана Корви. Те желали встретиться с полномочным представителем наемной кампании в своем планетарном владении, и там подробнее обсудить контракт. Леди Аарона прокомментировало это как окончательное согласие Корви на подписание контракта: с ее слов, единственное, что теперь им было нужно — это посещение их родового гнезда представителем кампании, отличным от самой леди Аароны. Так они могли, напрямую ничего не объявляя, показать всей системе, что клан Корви начал нечто значимое. А это предприятие благородных изначально подразумевало направленность на Свет и губернатора.
И вот, Шейла стоит у приземлившегося портового челнока, ожидая того, как ее и еще под сотню пассажиров заберут космодромные автоэкипажи. Давно ставший непривычным ветер обдувал чешую драконессы, играя крыльями, поглаживая рога и позвякивая надетыми украшениями. Шейла чихнула, освобождая нос от залетевшего в него нечто: как же она уже отвыкла от планет!
Автоэкипажи подъехали к ожидающим фурри, и начали посадку. Шейла не стала спешить (ей вовсе не хотелось толкаться с куда-то рвущимися планетниками), и вошла в двери последней машины, заняв место как раз рядом с этими самыми дверями. Автоэкипаж тронулся, и поехал по искусственному камню взлетно-посадочного поля. В лицо ударил приятный ветер движения, пробуждая воспоминания — Шейла, жмурясь от удовольствия, чуть приоткрыла рот, ловя им набегающий живой воздух. Пара драконов и один авиан, что оказались с Шейлой в этом же автоэкипаже, поступили точно так же, наслаждаясь переменчивым ветром. А вот бескрылым фурри (низшие виды — Шейла радужных иллюзий уравнителей на счет других разумных видов не питала: грифоны — да, фениксы — скорее, да, другие крылатые — ну, более-менее, но бескрылые — нет! они даже близко не равны драконам) в открытом автоэкипаже драконов было неуютно, и большинство из них вцепились пальцами в поручни. Но Шейле они были безразличны: она ловила ветер. Ветер имел вкус пыли и жесткой травы, что растет вдоль дорог в родных для Шейлы краях.
— Госпожа капитан, давно не были на планете? — от этого занятия ее отвлек вопрос соседа по скамье.
— Настолько заметно? — удивилась Шейла, оборачиваясь к говорящему, оказавшемуся изумрудного окраса авианом-«воробьем».
— Да, госпожа, — утвердительно кивнул тот, — Если желаете, могу вам посоветовать обратиться в столице в атлетическое общество «Дыхание и полет братьев Джоха». Они очень хорошо умеют восстанавливать тело после долгих плаваний. Мне самому, после длительных отлучек в пустоту по делам, приходилось прибегать к их услугам: они требовательны, и умеют заставить тебя перебороть собственное нежелание, а их методики — действенны.
— Спасибо. Но, увы, я на поверхности ненадолго — всего пара дней, — кивнула авиану Шейла, и, повернув голову, принялась изучать собственное левое крыло, — Даже не думала, что все это так будет бросаться в глаза…
Авиан замолчал, поняв, что высокая не собирается продолжать с ним беседу. А сама Шейла углубилась в изучение собственного тела. И, пожалуй, да, пернатый прав: мышцы крыльев уже совсем не те, бедра — тоже (руки и пресс на их фоне смотрятся перекаченными), основание хвоста без ежедневной нагрузки полетом порядком усохло… В общем, тут уж не до соблазнения самцов — самой не нравится. Надо будет что-то делать. Вот только, что? И так, на беговой дорожке и крыльевом тренажёре половину времени ежедневных тренировок…
