Я отбрасывал одно письмо за другим. Отчет… Дружеская переписка… Счет из охотничьего клуба… Офицерский сбор в каком-то поместье… Это скопирую. Кто-то гневно угрожает расправой за очередную убитую… Распоряжение издать циркуляр… Еще одно… Счет за вина… Отчет о доходах сыроварни… Доля за «крышу» рынка… Счет за морепродукты… Просьба выделить пятьдесят людей на «акцию наших друзей в Гантирре». Копирую.
— Джаспер, переходи к ящикам.
— Хорошо.
— Внизу все пошло вскачь, – снова высунулся Дамиан. – Гостей выводят, сюда стекаются все силы с поместья. Чую, уже пролилась кровь. То есть, натурально чую. Носом, – пояснил роккулу.
— Тревога есть? – спросила Лира. Помолчав, хлопнула себя по лбу. – Тупой вопрос.
— Могу возиться с замками, а могу к хренам расплавить, – предложил я.
— Плавь, – сказал Дамиан, медленно моргнув глазами. – Там спешил офицеришка с донесением этому половому гиганту, – роккулу указал за дверь, где стоны только участились. – Я свернул ему шею.
Я кивнул. Роккулу исчез.
Ящиков было три. Я приложил палец к верхнему и пустил жар. Почти сразу замок потек, как масло. В ящике лежало два письма и старинный пистолет – еще дульнозарядный. Письма я вскрыл. Ничего супер-интересного: эротическая переписка с Ванессой. Заверения в твердокаменности жезла, грязноте помыслов и прочая похабщина.
Второй ящик. Склянки с Мягкосном, еще пара бумажных пакетиков с синеватым порошком, покрытый резьбой костяной бумеранг (а он-то что тут делает?) и письмо. Вскрыл.
«Акция наших друзей назначена почти сразу после праздника середины зимы. Пять единомоментных взрывов в разных концах Санго. Один будет направлен в наше отделение на улице Летних грез. Это продиктовано конспирацией. Меньше шансов, что заподозрят в связях. Целесообразно выставлять на дежурство неблагонадежных и истощивших свою полезность сотрудников. Отдельным приказом: назначьте старшим офицера Гослина Г. Он не должен выжить, проследить. Второй взрыв – отделение Стальных рогов. Третий – Почтамт. Четвертый – отделение Мягкой поступи. Пятый – Центральный Банк Белой долины. Наши бойцы, по два десятка, должны с воздуха прикрывать наших друзей. Образцы крови кандидатов должны быть предоставлены до вторника для обучения варага, для исключения дружественного огня. Принять к сведению, выполнять. Силестин Фироль.»
Я охренел. Во-первых, целых пять взрывов в Санго. Во-вторых, мы ухватили Силестина за яйчишки. И ухватили прочно.
С другой стороны, могут ухватить и нас. Достаточно расплавленного замка. А там просто связать наше появление, мое исчезновение, мой талант к волшебству Инферно, и связать эти факты воедино.
Я уже начинаю надеяться на шум там, внизу. Кто бы там не бедокурил, это нам на руку.
Немного Мощи, тонкая струйка дымка, и последний ящик открыт. В ящике лежал коробок.
Куб из полированного дерева, с гранью где-то сантиметров пятнадцать, с обилием металлических элементов на корпусе – какие-то рычажки, кнопки, шестеренки, замки. Головоломка? Че это вообще такое?
Дальше события понеслись галопом.
Сперва из-за двери раздался голос Ванессы:
— Господин Модест, я вся утомилась. Спину так сотру, хи-хи. Хочу, чтобы вы взяли меня на столе. Сильно, как вы можете.
— Да ты выдумщица, милая. Вставай.
Мы с Лирой только успели переглянуться паническими взглядами.
Дверь распахнулась. На пороге оказалась молодая, лет шестнадцати, девчушка. Тем не менее, для ее возраста у нее была довольно внушительная грудь. Завидев нас, она тихо охнула.
— Ванесса, что копаешься? Хочешь немного отдохнуть? Тут есть шадинское светлое…
Ванессу оттеснил подтянутый мужик лет тридцати. Ни глаз, ни подробностей лица я не запомнил. Запомнил только то, что даже у меня, коротышки-полторашки, побольше будет. Мдя, мазь тут будет не лишней.
— Ох-х, – опешил Модест, впрочем, не пытаясь прикрыться. – Анди Молтоуз? Нет, стоп. У них не такие маски. Ящики? Кто вы и что, духи вас разорви, вы тут делаете? – под конец его голос перешел в разгневанный рев. Одной рукой он начал формировать какой-то явно неприятный эффект.
Дверь, ведущая в коридор, с оглушительным треском вылетела из косяка – кто-то выбил ее одним пинком. На пороге стояло существо, отдаленно напоминающее человека. Нет, все же это был человек, просто с ног до головы покрытый стекающей и пятнающей ковер кровью и разноцветными ошметками – красными, розовыми, бурыми и серыми. В руке человек сжимал визжащий резонатор.
— ЭДВИН?! – заорал я.
— Знакомый голос... КОТ?! – заорал в ответ Эд. – А какого ползуна ты тут делаешь?!
*****
Рады возвращению Эда? Я тоже рад, он классный персонаж. Всем радоваться и хлопать в ладоши.
Как вам главка?)
— Да что вы себе все позволяете?! – заревел раненым зверем Модест.
