Тут Эд снял щит и перехватил резонатор поудобнее. Автоматон замахнулся своим метровым клинком, и тут грянул очередной выстрел – Лира выхватила револьвер. Пуля пришлась точно в руку машины, и она потеряла баланс. Волшебник ринулся вперед и единственный раз взмахнул пищащим клинком.
Автоматон, не замедляя движения, развалился на две части, рассеченный по диагонали. Между частями проскочила искра – маготроника тщетно старалась реанимировать автоматона. Мы же рванули дальше – теперь счет времени шел на минуты, если не на секунды. Даже если у автоматона не было системы поднятия тревоги, выстрел из дробовика немаленького калибра точно услышали все.
Эдвин выставил перед собой такой же звуковой щит и пинком вышиб дверь, которую охранял автоматон. Я проскользнул сразу же за ним. Лира отстала – она вынула из своеобразного кожаного патронташа на груди ингалятор с духом и делала вдох, готовясь к любым проблемам.
В комнате за большим круглым столом сидело семь человек. Все в кожаных форменных костюмах Холодных Сердец, сверху наброшены меховые куртки с разнообразными знаками отличия.
Несмотря на то, что это должны были быть типичные штабные офицеры, в щит Эда вонзилось по меньшей мере шесть пуль.
Я выглянул из-за спины волшебника, за секунду окинул всех взглядом, злобно ругнулся под нос и выставил вперед обе руки с открытыми ладонями. Меньше мгновения на подготовку, и из обеих рук тугой струей выплеснулось расплавленное железо.
Вьюжники – не самые удачные противники для меня, говаривал мне Эд, когда мы с ним обсуждали возможную тактику действий инферналиста в разных ситуациях и с разными противниками. Вот сейчас я мог воочию убедиться в этом.
Четверо ближайших ко мне не смогли никак отреагировать, и сверкающая струя облила их. Умерли они моментально. Двое успели вскинуть руки и пустить перед собой волну холода. Струя добралась до них уже в виде отдельных кусков еще горячего металла. Они отделались ушибами и слабыми ожогами, как максимум – переломами.
А еще один ловкач, как-то неестественно изгибаясь, совершил сальто с места и перепрыгнул в дальнюю сторону комнаты. Сжав руку, он выбросил кулак в мою сторону, будто бы пытаясь меня ударить.
Его рука на высоте взмаха удлинилась, пролетела эдакой макарониной через всю комнату, и кулак чувствительно врезался мне в скулу. Меня отбросило, я стукнулся спиной о дверной косяк и тут же прекратил подачу железа, чтобы случайно не зацепить Эда.
Но ему не нужна была моя помощь. Он опустил щит, перехватил ударившую меня с пяти метров руку и одним взмахом перерубил ее. Странный волшебник завыл на высокой ноте.
Из-за моей спины раздались три выстрела – Лира. Один из оставшихся офицеров упал навзничь, а другой сумел увернуться от пули.
Эдвин бросился вперед. Оставшийся целым и невредимым офицер поднял руку, словно бы пытаясь остановить резонатор Эда. Не помогло.
Я же выпустил очередь искр по растяжимому волшебнику. Удивительно, но все искры отпружинили от его тела и изрешетили потолок и стены, чуть не снеся Эду голову.
— Я сам! – крикнул сонитист и свободной рукой вынул из-за пазухи красный свисток.
Глаза Отмороженного округлились, и он тут же присел, намереваясь прыгнуть в сторону окна. Учитывая его резиновость, не думаю, что ему бы что-то повредило.
Вот только он присел, и я отчетливо увидел, как сжалось его резиновое тело, чтобы дать ему дополнительный толчок.
Эд свистнул. Раздался хруст костей, и тут же пронзительный вопль.
Сонитист вытащил револьвер и за один выстрел прикончил бедную реинкарнацию Луффи в этом мире.
— Уходим! Все сделано, чудесник мертв! – скомандовал волшебник. А, так это был чудесник…
— Не все! – возразил я, – Силестина тут не было.
— Че за Силестин? – поинтересовался Эд.
— Глава Отмороженных, – пояснила Лира. Сама девушка изменилась – уши удлинились и заострились, что делало ее во-первых похожей на эльфа, а во-вторых очень милой. Черт, Джаспер, соберись.
— Тогда ищем его. И в темпе!
Мы выскочили обратно в коридор, и я лишь благодаря везению и кошачьим рефлексам увернулся от мелькнувшего мимо моего носа голубого росчерка.
Эд тут же схватил меня за плечо и втащил обратно в комнату. Сам же выставил наружу полированное лезвие резонатора.
— Плохо дело, там трое наемников. С луками.
— Ну луки не револьверы. Поставишь щит? – предложил я.
— Хрен там, – покачал головой Эд. – У них есть луки, а вот стрел они не носят. Создают волшебством, на месте. Чрезвычайно мощные роговые луки, с их стрелами… Да Отмороженные стены иногда навылет пробивают. Щит тут не подмога.
— Готово, – вдруг сказала Лира. Мы обернулись. В ее руках заканчивал тлеть договор.
— И что там было? – поинтересовался Эд.
— Я превратила воздух в определенной области в яд. Бегом на третий этаж! Вьюжникам не будет сильно трудно разогнать яд ветром.
И мы побежали.
В дальнем конце коридора реально лежало несколько посиневших трупов, все еще сжимающих свои ростовые луки.
