Час спустя Мукоки перешел с бега на шаг. Теперь он двигался медленно и осторожно, обшаривая взглядом окрестности. Порой он останавливал собак и в одиночку уходил в лес – то вправо, то влево от тропы. Своим товарищам он не говорил ни слова, но им и не требовались пояснения. Они отлично знали, что сейчас приближаются к своему старому лагерю и никто, кроме Мукоки, не отыщет полустертый след. Подобно бывалым охотникам, пускающим вперед своих собак, юноши молча следовали за Мукоки, всецело полагаясь на его опыт.
Последняя звезда погасла, и мрак сгустился. Но вскоре на юго-востоке небо побледнело и на горизонте зажглась первая розовая полоска грядущего рассвета. День в этих краях рождается так же быстро, как и умирает, так что скоро стало достаточно светло, для того чтобы Мукоки вновь перешел на бег. Некоторое время спустя на равнине перед ними возникла небольшая пихтовая роща. Ни Род, ни Ваби не узнали ее, однако на лице старого индейца появилось торжествующее выражение, и он окриком заставил собак остановиться.
– Лагерь! – выдохнул Ваби. – Это же наш лагерь!
Дрожа от еле сдерживаемого волнения, он повернулся к Родерику:
– Род, теперь все зависит от тебя!
Мукоки тоже подошел к белому юноше.
– Вот – лагерь, – хрипло сказал он, сверкнув глазами. – Где быть след Миннетаки? Где?
В десятке шагов от них, под деревьями, виднелся их собственный шалаш из лапника. Но это было все. Снег вокруг стал совершенно гладким. Оттепель уничтожила все следы!
Род содрогнулся. Если солнце стерло все следы даже здесь, под деревьями, на что он может рассчитывать на зимнике?
Охваченный сомнениями, Род мысленно обратил мольбы к высшим силам, прося о помощи.
– Подожду, пока станет светлее, – сказал наконец Род с напускной уверенностью, которой вовсе не ощущал.
– Мы пока позавтракаем, – предложил Ваби. – У нас есть холодное мясо, огонь можно не разводить.
Закончив с трапезой раньше других, Род взял винтовку и вышел из-под деревьев. Ваби сделал движение, будто собираясь последовать за ним, но Мукоки удержал его.
– Пусть он идти один, – с загадочным огоньком в глазах сказал старый индеец.
Алое сияние рассвета разгоралось над лесом, и теперь все стало видно намного лучше. Род вышел из пихтовой рощи в том же месте, как в тот день, когда отправился на охоту и обнаружил на зимнике след Миннетаки. Примерно на расстоянии мили он увидел заснеженный хребет, где когда-то охотился на лося. Хребет был первой приметой, и Род быстрым шагом направился в его сторону. За ним на почтительном расстоянии следовали Ваби и Мукоки с санями и собаками.
Взойдя на гору, Род остановился, чтобы перевести дух и оглядеться. Да, именно здесь он спустился, после чего наткнулся на незнакомую тропу… Но больше никаких примет он не обнаружил. Ни дерева, ни камня – ничего, что бы указывало, где именно он прошел в тот день. Тщетно взгляд Рода скользил по снегу, пытаясь найти следы своего прежнего пребывания. Снежный покров был девственно-чистым. Оттепель уничтожила все.
От огорчения слезы выступили на глазах юноши. Он быстро отер их, радуясь, что Ваби и Мукоки сейчас далеко, у подножия хребта. Судьба Миннетаки была в его руках – и он потерпел неудачу. Он не хотел теперь глядеть в глаза товарищам, не хотел, чтобы они видели его лицо. «Лучше бы я умер!» – впервые в жизни в отчаянии подумал Род.
Пока Род горевал, его взгляд все так же бездумно скользил по снежной пустыне в тщетных попытках найти примету… И вдруг что-то сверкнуло вдалеке, да так ярко, словно луч солнца попал на оконное стекло.
Радостный возглас сорвался с уст Родерика. Он вспомнил – то был покрытый коркой блестящего льда каменный выступ, на который падали струи ручья. Забыв о спутниках, он со всех ног устремился вниз. Спустившись в узкую долину, Род стремглав бросился к покрытой льдом скале. Через пять минут он был уже там, задыхаясь от волнения и быстрого бега. Сразу за обледенелой скалой проходила та самая санная тропа. Сейчас от нее не осталось и следа, но Род нашел другие приметы: одинокий утес, поднимающийся среди заснеженной поляны, огромный мертвый тополь и – в полумиле – опушку густого леса.
Род повернулся и отчаянно замахал руками своим друзьям, которые все еще держались в отдалении. Затем юноша побежал дальше и снова разразился ликующими криками. Он нашел то самое бревно, на котором сидела Миннетаки, ожидая милости от своих похитителей. И тот самый сухой сучок, рядом с которым он тогда заметил отпечаток ее мокасина! Да, именно здесь разбойники и их пленники устроились тогда на отдых и даже развели костер, и так натоптали, что и оттепель не смогла уничтожить все их следы.
Когда Ваби и Мукоки приблизились, Род указал им все эти приметы. Следующие несколько минут никто не произносил ни слова. Только Мукоки, низко наклонившись к земле, исследовал каждый дюйм поляны. Когда он наконец выпрямился, его лицо отражало крайнее изумление.
Юноши выжидающе глядели на него. Что же такое поразительное увидел на снегу старый индеец?
