– Теперь все зависит от тебя, Муки, – сказал он. – Течение слишком сильное, мое весло бесполезно. Все, что ты можешь делать, – держать нос лодки прямо.
Лунный свет уже заливал все ущелье до самого дна. Видимость была отличная – долина ручья просматривалась чуть ли не на сто ярдов вперед.
С каждой минутой скорость потока возрастала, увеличивалась и его глубина. В какой-то миг Ваби опустил весло в воду и понял, что не достает дна. Взгляд Рода непрерывно скользил по берегам, выискивая приметы знакомых мест. Поток пронес их мимо места, где Род добыл серебристую лисицу, и юноша не преминул указать на это. По мере того как все выше поднималась луна, ее свет все ярче озарял проносящиеся мимо валуны и многочисленные ручьи, что стекали по стенам ущелья и вливались в основное русло. То и дело поток разбивался на множество рукавов, которые, пенясь и извиваясь, разбегались среди камней. В такие моменты Ваби и Род принимались работать веслами, чтобы помочь Мукоки удерживать каноэ прямо.
Внезапно Род издал приглушенный возглас, указав на груду огромных валунов, мимо которых их нес поток.
– Вон там я ночевал в ту ночь, когда мне приснились скелеты! – крикнул он. – Дальше я дороги не знаю! Будьте осторожны!
Словно в ответ Ваби сделал мощный выпад веслом, и черный бок скалы пронесся в полудюжине шагов от борта каноэ.
– Впереди темно, как в норе, и я слышу пороги! – закричал он. – Мукоки, к берегу! Скорее!
Раздался треск ломающегося дерева, и старый индеец издал предостерегающий возглас – у него переломилось весло. Род, тут же сообразив, что произошло, передал ему свое. Но потеря нескольких мгновений оказалась роковой. Берестяная лодка развернулась поперек течения, и сразу же послышался пронзительный крик Ваби:
– Водоворот! Быстро, вытащи ее на берег, вытащи!
Ваби и Мукоки принялись яростно грести, глубоко опуская весла в бурную воду. Но поздно! Они уже ничего не могли сделать. В сотне футов впереди порок сужался, прорываясь между двумя огромными валунами размером с дом. В просвете кипела в лунных лучах белоснежная пена. Через пару мгновений каноэ с пугающей скоростью пронеслось между этими скалами, и все потонуло в удушливом водяном тумане.
– Держитесь! – прорвался сквозь рев и шум воды голос Вабигуна.
Грохот потока наполнил все существо Рода; в водяной пене он не видел ничего, кроме собственных рук. Затем течение подхватило каноэ, со скоростью пули перебросило его через острый край порога, и путешественники оказались в спокойной воде. Тут они увидели водоворот.
Ваби не раз рассказывал своему другу о таких ловушках на горных потоках, особенно опасных в весеннее половодье. Водовороты грозили почти неминуемой гибелью тому, чья лодка попадала в их смертельные объятия. Здесь уже не было ревущего потока и водяной пены; в первый миг Роду показалось, что они угодили в неподвижный черный омут. Ни звука, ни ряби на воде – только на расстоянии нескольких десятков шагов он увидел белый центр водоворота. А затем его ушей коснулся звук, от которого кровь застыла в жилах, – слабое шипение между скал. То был звук подводного течения, которое понемногу затягивало каноэ в середину смертельной ловушки. В памяти юноши тут же возникла история, рассказанная ему когда-то Мукоки, – о том, как один индеец утонул в таком водовороте, так и не сумев оттуда выбраться, и его тело носило в нем кругами еще неделю…
– Выпрыгнем?! – воскликнул он, когда к нему вернулся дар речи.
– Держись за борт! – приказал Ваби, приподнимаясь в каноэ.
Сила потока, что выбросила их лодку через порог, пригнала ее почти к противоположному берегу. Однако, не достигнув его, каноэ замедлилось и поплыло по кругу, подчиняясь засасывающей силе водоворота.
– Держись крепче!
С этим возгласом Ваби быстро поднялся на ноги, с силой оттолкнулся и нырнул в черные воды. Род дико закричал и попытался вскочить, чтобы бездумно последовать за своим другом. Но яростное рычание Мукоки с кормы остановило его:
– Ты! Держаться за борт!
Каноэ резко дернулось, его нос зарылся в воду, корма завиляла. Стоявший на коленях Род едва не потерял равновесие. В тот же миг он увидел, что Мукоки встал в лодке, так же как перед этим Ваби. С криком «Держаться!» индеец тоже прыгнул в смертоносные воды водоворота.
И Род вцепился в борт лодки. Он понял, что эти команды предназначались ему, и только ему; он не ведал причин, но твердо верил, что действия его друзей не вызваны страхом или паникой. Но лишь когда высокий нос каноэ коснулся каменного берега и юноша оказался на безопасной суше – только тогда он наконец сообразил, что сделал Ваби.
Юный индеец пошел на отчаянный риск: привязав один конец веревки к каноэ, он нырнул к ближайшему берегу, зажав другой конец в руке, в тот самый миг, когда сила водоворота начала затягивать лодку к его центру. Прыжок на семь футов – и ноги юноши коснулись дна! Будь омут хотя бы на десять дюймов глубже, Ваби не выплыл бы и погиб, а вслед за ним – и все остальные.
Вабигун стоял весь мокрый, тяжело дыша. Лицо его в лунном свете казалось таким же бледным, как вогнутое белое пятно пены в центре водоворота.
