Охотники за пламенем полностью

– Я всегда беспокоился о твоей безопасности, – пробормотал он, глядя на лестницу. – Поторопитесь, мой Султан!

«Мой Султан».

Зафира подавила всхлип. Мало того что Серебряная Ведьма послала на Шарр сарасинцев, так ещё и выбрала двух самых отъявленных злодеев Аравии. Генерала султана. И даамова сына султана.

– Серебряная Ведьма мне солгала. Она сказала, что не хочет, чтобы султан узнал о походе, – прошептала Зафира.

– Серебряная женщина не может лгать, Охотница. Значит, она сформулировала фразу немного иначе.

– Зачем? Зачем она вас прислала? – Ей нужно было разобраться в происходящем.

– Она не посылала. – Альтаир пожал плечами, когда в поле зрения появился принц.

«Небеса святые».

Принц. Принц Насир Гамек, чьё имя имело то же значение, что и её. Чьи руки обагряла кровь.

Чьё прикосновение к её лбу было столь нежным.

Он бросил на неё испепеляющий взгляд. Конец тюрбана был разорван, однако удовольствия от этого зрелища Зафира не испытала.

Альтаир подтолкнул девушку вперёд.

Зафира и не подумала кланяться. Она относилась к этой парочке не иначе как к слугам. Зафира повернулась спиной. Спиной к даамову принцу.

– Если Серебряная Ведьма не посылала тебя на остров, то кто тогда послал?

– Султан, – сухо ответил Насир. – Он узнал о поисках и о тебе, но поскольку никто не доверяет ведьмам, он принял решение отправить меня.

Зафира доверилась ведьме. Не до конца, но достаточно, чтобы сесть на даамов корабль. Не успела она спросить о причинах, как в разговор вмешался Альтаир:

– И меня. Так что в следующий раз, когда ты задумаешь убить его, сначала избавься от менее важной персоны.

– Но как вам удалось пересечь Арз?

Принц склонил голову.

– Гамек рассчитывал на ведьму. Она помогла нам пересечь лес и подарила корабль. Полагаю, с тобой всё было точно так же.

– Но это не имеет смысла, – изумилась Зафира.

Зачем ведьме отправлять наследного принца на Шарр, одновременно желая уберечь путешествие от вмешательства султана? Зафира не была уверена в намерениях Серебряной Ведьмы, но не могла понять причин, по которым та, желая держаться подальше от Гамека, одновременно с этим помогала его сыну.

Нет, какую бы цель ни преследовала ведьма, это, очевидно, имело отношение только к принцу и Альтаиру.

– Никто не просил тебя искать в этом смысл, – сказал Насир тем же монотонным голосом.

Альтаир снова подтолкнул Зафиру вперёд.

– Куда мы идём?

– К следующему оазису, – ответил принц, сардонически скривив рот.

– А потом? – настаивала Зафира.

– А потом мы найдём Джаварат.

– А потом?

«Ты убьёшь меня?»

– Только судьбе известно, – весело отозвался Насир.

– Ты всегда такой невыносимый? – вскипела Зафира, поправляя шарф.

– Вдвое хуже, когда он голоден, – высказался Альтаир.

Зафира с трудом сдержала рык. Они оба казались ей невыносимыми детьми. Детьми, на счету у которых было немало смертей.

Во взгляде Охотницы вспыхнула жажда убийства, но, вопреки порыву, она отвернулась и продолжила путь с грациозной доблестью, позволив Насиру дышать. Под её взглядом думать становилось трудно.

Laa, напротив, он начинал думать слишком о многом.

Беспокойство Зафиры было обоснованным. Из-за недоверия к Серебряной Ведьме султан Гамек отправил на остров сына и генерала. Но ведьма сама пошла им навстречу и помогла добраться до Шарра. Она не только предоставила корабль и укротила Арз, но и любезно вручила им компас. И ещё эти напутственные слова…

Принц, очевидно, что-то упускал. Что-то очень важное.

Покинув минарет, Охотница обогнула башню и скользнула мимо разрушенных домов. Движения Зафиры оставались точными, рассчитанными без расчётов. Само тело каким-то образом знало, куда нужно двигаться. Она преодолевала пески так уверенно, будто прожила среди них всю свою жизнь.

– Будешь глядеть слишком пристально – и она исчезнет, – насмешливо прошептал Альтаир на ухо принцу.

– Будешь болтать слишком много – и ты тоже исчезнешь, – парировал Насир, довольный собой.

Он быстро зашагал вперёд, оставив генерала позади.

Зафира поджала губы, когда Насир приблизился, и он сам не знал, почему открыл рот.

– То, что я выдающийся убийца, не значит, что я единственный.

– Ты – худший из всех, – выдохнула Охотница.

Насир почувствовал укол чего-то, что ему не понравилось.

– Ты убил Дина.

Принц не отрицал. Намерения сродни действиям.

– А ты отвела сарасинцев на верную смерть, – напомнил Насир.

От удивления глаза Зафиры расширились.

– Не прошло и недели, – добавил он.

– Я защищалась, а не планировала убийство.

Вот он. Надрыв, которого так ждал хашашин. Хрип в её голосе.

Зафира вновь взяла себя в руки.

– Я не убиваю людей по прихоти.

– Как и я. Хашашины не поддерживают жестокость. Мы – поэты убийства, действующие из сердца мрака. Цель убийства редко знает о своей печальной судьбе, пока не падает бездыханно на землю. Хашашины уважают своих жертв.