Принцу отчего-то казалось, что в башне его ждут несметные богатства. Собственно, не ему одному так казалось. Наместник слюной исходил на перчатку. Телли тихо благоговел, остальным принц даже в руки вещицу не дал. А еще ему не хотелось делиться тем, что он предположительно найдет в башне. Этот трофей был моим по праву, но остальное достанется тому, кто первым заберет. Поскольку мой рассказ слышали все, то Тимунд явно опасался, что кто-то опередит его и захапает добычу себе.
— Пауки? Фу! — узнав, что пробираться придется мимо логова хорба, Тэмилия наотрез отказалась участвовать в экспедиции.
Финур сур предупредил, что перчатку мог обронить воин, попавший в ловушку хорба, а башня оказаться пустышкой, но Тимунд ничего не хотел слушать.
Ночь прошла тревожно. Я плохо спала, чувствуя непонятное внимание и чужие взгляды. Мне слышались голоса и звуки сражения. Когда я подскакивала спросонок, то никакой опасности не наблюдала. А под утро приснился жуткий кошмар, от которого проснулась в холодном поту.
В поход на рассвете отправились следующим составом: я, разумеется, вместе с принцем и таном Телли. Нас сопровождал Финур, Олларин Тилд, Рингар Кентаро, Санкос и еще четверо эльфирских воинов.
На территории крепости я Гаю не слышала, но стоило нам только выдвинутся в путь, как она объявилась.
— Вкусная добыча! — прислала кошка образ сочного куска мяса. — Я чую их сладкий запах. И хорб почует. Держись от них подальше, — предупредила она.
Ага, как будто это так просто!
Мы с Финуром суром шли впереди. Я указывала дорогу, а охотник проверял, насколько она безопасная. Кошка ведь передвигалась по деревьям, изредка спрыгивая на землю. Я тоже могла бы идти по второму ярусу. Но Гая сказала, чтобы я поостереглась туда забираться. Там немало хищников затаилось, но хуже всего, что у некоторых деревьев имелись ядовитые шипы, которые запросто меня обездвижат, а ветки утащят в подкорневую яму, где скапливается влага. Там я и останусь, удобрять собой зеленого хищника.
Вблизи логова хорба другие твари не водились. Ареол обитания гигантского паука определялся по наличию паутины на мертвых деревьях. На некоторых гроздьями висели коконы, в которых когда-то была добыча. Страшно представить, сколько живых существ угодило в ловушку и стало кормом гигантской твари. Она пряталась в тени нижнего яруса леса, под полотнищами паутины и мертвыми кронами деревьев. Тропинка, по которой Гая пробиралась к башне, вилась по нависшему над низиной скальному уступу. Башня виднелась издалека, притягивала внимание и вынуждала ускорить шаг. Но делать этого категорически не стоило. Покатая насыпь — коварная, особенно после сезона дождей. Мелкие камешки давно смыло вниз бурными потоками, и они завязли в паутине. Но крупные глыбы еще держались и могли обвалиться в любой момент. Так и случилось, когда часть группы прошла по шаткому краю, а в тот момент, когда на нее ступил наместник, обрушилась вниз.
Утреннюю тишину нарушил отчаянный крик эльфира, увязшего в паутине.
— Вытащите! Немедленно вытащите меня! — захлебываясь от визга, требовал наместник.
Но мы не то, чтобы кинуться на помощь, сами пошевелиться опасались. Во-первых, неизвестно, вдруг еще часть скалы обвалится. А, во-вторых, нельзя кричать в Гиблом лесу. Это гарантированно привлечет внимание тварей. Сверху мы видели, как под просвечивающими полотнищами паутины к Тилду торопился кто-то очень крупный и опасный.
— Можно попробовать сбросить ему веревку, — робко предложила я, но Финур сур пресек жестко.
— Нет! Ни слова. Замрите и не шевелитесь. Хорбы чувствуют человеческое тепло, страх, вибрации. Если он обнаружит нас, то атакует. Молитесь, чтобы ему хватило одной жертвы.
Мохнатая восьмилапая тварь вынырнула из складок паутины на поверхность внезапно, вызывая одним видом отвращение и приступ панического ужаса. Не представляю, что чувствовал тан Тилд, когда увидел приближающуюся смерть, но, кажется, он умер раньше, чем монстр накрыл его тушей и заработал передними лапами, заматывая в кокон из паутины.
Наверное, я даже дышала через раз, чтобы хорб нас не заметил. И проклинала принца, вздумавшего лезть в столь опасное место. Сам Тимунд был бледнее мела, не отрывая взгляда от мохнатой твари. Не знаю, сколько мы так простояли, опасаясь шелохнуться, пока хорб спрятался в складках паутины. Тварь явно недолюбливала солнце, держалась в тени, но при этом оно явно не мешало охотиться.
— Идем дальше, — первым пришел в себя Финур сур. — Хорб затаился, поэтому никаких громких звуков. Ступаем след в след и держимся на расстоянии двух шагов. Для страховки используем веревку.
Вытащив из походного мешка длинный моток, сур обвязал один конец вокруг пояса и передал нам по цепочке, чтобы каждый закрепил на себе и не улетел в ловушку, если вдруг камни под ногами обрушатся. Веревка также послужила страховкой, когда отстающие члены команды перебирались через обвалившийся кусок насыпи.
