– Мой брат сам решает все, что касается недавно почивших. Он выбирает, кто переродится, а кто отправится в восемь великих кругов ада. И переубедить его, в отличие от меня, нелегко, – произнесла Бэндзайтен. – Что ты можешь предложить ему взамен? Он потребует платы.
Кай огляделась, словно ответ скрывался где-то рядом. Дар, достойный бога?
– Дома у нас есть речной жемчуг, – ответила она. – Сколько угодно.
– А что-нибудь необычное? – уточнила Бэндзайтен. – Просьба ведь непростая.
– Больше у меня ничего нет, – призналась сокрушенная Кай.
Она так близко подобралась к тому, чтобы спасти Киши! Глаза закололо от подступающих слез – они не могли пролиться под водой.
– Уверен, что девочка, отважившаяся забраться внутрь бакэ-кудзиры, сможет отыскать то, что привлечет внимание Эмма, – произнес Дракон-повелитель, чья золотая чешуя ярко сияла в глубокой морской синеве.
Бэндзайтен сложила все свои руки в молитве.
– Есть одна вещь, которая подойдет тебе, – проговорила она. – Но чтобы добыть ее, понадобится не только храбрость. Я не уверена, что с этим справился бы и великий воин Тавара Тода.
– Я готова на все! – заявила Кай.
Темные, наполненные вечностью глаза Бэндзайтен, казалось, вот-вот поглотят Кай.
– Слышала ли ты о Дакини?
Кай кивнула. Дакини была лисьей предводительницей, могущественной девятихвостой лисицей, главной среди лисиц, способных обращаться в людей и вселяться в человеческие тела. Волшебную лисицу от обычной отличало лишь количество хвостов, поэтому детей в их деревне всегда учили держаться от них подальше.
– У нее есть волшебный драгоценный камень. Жемчужина. Вот такая. – Бэндзайтен достала из кармана чайничек и раздраженно закинула его куда-то себе за спину. – То есть вот такая.
Богиня протянула ей камень – ничего подобного Кай в жизни не видела. Граней у него было много, как у бриллианта, но блестел он, словно жемчуг.
Камень едва помещался в ее ладони и сиял подобно солнцу, спустившемуся под воду. Он так заворожил Кай, что она потеряла дар речи.
– Забери его у нее и принеси мне, – сказала Бэндзайтен.
– Ты говоришь о волшебстве и жемчужинах, благородная Бэндзайтен, – дымно прорычал Дракон-повелитель. – Но ведь эти волшебные камни стоят куда больше, чем одна смертная жизнь.
Кай перевела нервный взгляд с Дракона-повелителя на Бэндзайтен. Из старых легенд она знала, что многие боги обладали волшебными драгоценностями, в том числе и Дракон-повелитель. К примеру, последний контролировал с помощью камня приливы и отливы. Кай не знала, что произойдет, если жемчужина лисьей предводительницы попадет в руки Бэндзайтен или Эмма. Но какая разница, если к ней вернется Киши?
– Почему земные боги должны так безраздельно властвовать над судьбами смертных? – вопросила Бэндзайтен. – Когда это морские властелины стали мелкими божками? Пусть лисы приведут чаши весов в равновесие. Бык не должен почитаться превыше дракона.
– Тэндзин, – рыкнул Дракон-повелитель. – Фальшивого бога я учую за милю.
Сотню лет назад Тэндзин был вельможей по имени Митидзанэ. После смерти его политические противники стали один за другим умирать, и люди решили, что во всем виноват его мстительный дух. Тогда, чтобы задобрить его, его признали богом, дав ему имя Тэндзин. Легко понять, почему другие боги его не уважают.
– Я это сделаю! – пообещала Кай. – Как мне отыскать Дакини?
– Замечательно, – отозвалась Бэндзайтен. – Лисы собираются каждое полнолуние у Небесной горы. У тебя две недели, чтобы туда добраться.
Кай никогда не слышала о Небесной горе.
– Далеко до нее от Свежего моря? – спросила Кай.
