– Я думал, что ты не веришь во все это… – усмехнувшись, с сомнением протянул он. – То есть, ну, это же очевидные сказки.
– О вере никто не говорит. Но это неплохой повод осмотреть заброшенное здание и его окрестности и снять несколько интересных кадров.
– Найдешь ты там только мусор. Оно того не стоит, лучше возвращайся домой.
Бернард ничего не ответил, хоть и прекрасно расслышал слова Юэна. Он ехал сюда вовсе не для того, чтобы постоять перед зданием за оградой, и уж тем более не для того, чтобы послушать наставления парня-гитариста, который привлекал неприятности как магнит и сам не мог похвастаться прилежным поведением. У Бернарда была еще почти целая пленка в фотоаппарате. Возвращаться домой с пустой пленкой, все равно что возвращаться с долгой рыбалки без улова.
Он шагнул в темноту, настойчиво двигаясь теперь в другую сторону вдоль сетчатого забора.
– Эй, ты меня слышишь вообще? – Юэн зашагал следом, стараясь поспеть за Бернардом. – И почему я за тобой иду?..
Когда они дошли практически до конца, Бернард остановился и, насколько позволяло освещение, минуты три осматривал местность, проверяя ограждение. Он заметил, что один из столбиков покосился и сетка от него отходила. С первого взгляда это было незаметно, но сетку можно было приподнять так, что взрослый человек вполне мог пролезть, не касаясь земли.
– Вот, даже кусачки использовать не придется, – прошептал Бернард.
– Кусачки? – воскликнул Юэн, но сразу понизил голос, когда Бернард на него шикнул. – Ты сказал, кусачки? – шепотом переспросил он. – Ты точно тот самый Бернард, которого я знал? Ну-ка, сними капюшон и подойди ближе, чтобы я мог удостовериться, что это действительно ты, а не кто-то, кто разговаривает твоим голосом, ходит с твоими фотоаппаратами и делает странные вещи.
– Это по-прежнему я.
– Ты понимаешь, что это называется вторжением? – наставническим тоном спросил Юэн. Бернард не видел его лица, но предполагал, что парень искренне удивлен происходящим. – Там так темно…
– Мы просто посмотрим вблизи и все, ничего плохого делать не будем. Ты идешь? – спросил Бернард, приподнимая край сетки.
Юэн тяжело вздохнул и пролез через отверстие, затем придержал сетку с другой стороны, чтобы Бернард тоже пролез.
Тонкие ветви разросшихся кустарников цеплялись за одежду, приходилось отодвигать их руками, чтобы пробраться к главному входу в театр. Вскоре они выбрались на лужайку, трава на которой давно разрослась и достигала высоты чуть ли не до колен. Юэн больше не возникал. Наверняка ему самому было интересно побывать на территории заброшенного театра, просто он вдруг решил поиграть в самого правильного. Впрочем, недолго.
– Луна сегодня хорошо светит, – сказал Бернард, настраивая объектив на надписи на здании. Облака очень удачно развеялись, и можно было рассчитывать на удачные снимки.
Бернард подошел к обтесанным временем ступенькам и поднялся на крыльцо. На широкой двустворчатой двери висела крупная цепь и большой проржавевший замок. Бернард даже не стал до него дотрагиваться, и так понятно, что он уже никогда не откроется. Зато поблизости имелось окно, давно оставшееся без стекла. Бернард спустился с крыльца и подошел ближе, осматривая раму на предмет торчащих осколков.
– Подожди, – послышался голос Юэна из-за спины, – не хочешь ли ты сказать, что мы полезем внутрь? Ты же хотел только посмотреть снаружи.
– Я гляну, как там внутри, ты можешь подождать здесь.
Юэн обнял себя за плечи, будто ему стало холодно. В отличие от Бернарда, предусмотрительно натянувшего на себя толстовку и куртку – жаркие дни давно прошли, теперь вечера и ночи были прохладными, – он был довольно легко одет. Хотя ветровка до сих пор была нараспашку. Юэн огляделся по сторонам, лунный свет высветил сомнение на его лице.
– Разве здание не признано аварийным?
– Насколько я знаю, пожар начался не в этой части, – Бернард отступил на пару шагов назад и окинул здание рукой. – Видишь, никаких следов, – он оглянулся на Юэна. – Я быстро.
– Не хочу ошиваться здесь и привлекать внимание. Я тоже пойду. Будем надеяться, внутри никого нет.
– Ладно, – кивнул Бернард, – тогда помоги мне.
Он подошел к мусорному баку, выглядывающему из кустарника. Тяжело вздохнув, Юэн помог Бернарду, хотя чтобы сдвинуть с места мусорный бак, потребовалось много усилий: контейнер оказался наполовину завален каким-то хламом, возможно, строительным, и, по логике, его тут вообще не должно было быть. Парни несколько раз резко потянули бак на себя, и он еле-еле сдвинулся с места. Они с трудом передвигали контейнер, стоявший одной половиной на бетонной отмостке, а второй на земле, однако спустя время им удалось-таки подкатить его к разбитому окну.
Бернард забрался на бак первым и, нагнувшись, чтобы не порезаться о торчавшее сверху острыми зубами стекло, направил свет фонарика телефона в комнату. Увидев, что она не представляла опасности, он спрыгнул внутрь. Под ногами хрустнули осколки. Юэн залез следом. Бернард выхватил из кармана фонарик, убрал телефон и провел лучом света по всей комнате, оказавшейся довольно маленькой.
