Коричневатые скалы со скудной растительностью хранили в себе какую-то особую красоту, или, точнее, следы той тайной силы древних вулканов, которая некогда с огромной, фантастической силой корежила и перекраивала эту землю.
Друзья извлекли из рюкзаков и расстелили циновки, разложили сушиться на солнце свои сандалии.
— Думаешь, мы на месте? — Спросил Валентин у Иванки, — времени до полнолуния не так уж и много.
Иванка только молча улыбалась.
— Ой, а вот и наша чудесная кошечка, — сказала Лера, расплетая свою длинную темную косу.
Они обернулись. Действительно, сзади совсем близко стояла и смотрела на них серо-коричневая, вполне домашняя кошечка. И рядом с ней — невесть откуда возникший человек в отстиранной добела, возможно, некогда цвета хаки, куртке и вязаной темной шапочке. Это был немолодой мужчина, по внешнему виду которого трудно было определить, сколько ему лет, с густой, но достаточно опрятной седой бородой. Было только непонятно, как он смог так бесшумно подойти к ним в своих огромных солдатские ботинках на толстой подошве.
Лишь Иванка довольно улыбалась, словно кто-то заранее оповестил ее о появлении этого человека.
Пришелец молча стоял и смотрел на них.
Валентин уже ничему не удивлялся.
Эта молчаливая пауза длилась бесконечно долго.
— Простите, уважаемый, — наконец, первой нарушила тишину Валерия, — вы не скажете, как нам попасть на остров Василикос? — спросила она, словно все они сейчас находились на многолюдной улице большого города.
— Приветствую вас, прекрасные нереиды, менады, — сказал он, и, скользнув взглядом по мужчинам, добавил, — …и сатиры.
Валентин только возмущенно кашлянул.
— Приветствую вас на самом прекрасном из островов Эгейского моря, Василикосе, который еще называют «пристанищем змей».
— Ой, — вскрикнула Валерия, подскочив на месте и с ужасом глядя себе под ноги. — Что ж вы про змей сразу-то не сказали?
— Прекрасная Амфитрита! Посмотрите вокруг, — старик широким жестом указал на ближайшие скалы. Над ними как раз сейчас пролетали два аиста. — «Пристанище змей» — это название, скорее, связано с историей. И сегодня оно уже принадлежит легендам. Благодаря этим великолепным царственным птицам, змей здесь почти нет.
— Но вы сказали «почти»? — отозвалась по-прежнему испуганная Лера.
— А на что здесь этот великолепный охотничий …гм, кот?
— Вы хотите сказать, что он охотится на змей? — удивился Гуруджи.
— А что ему остается, — рассмеялся старик. — У него что, есть, по-вашему, широкий выбор Кити-кета? Я даже не исключаю, что в его роду когда-то были даже мангусты.
— Вы давно здесь живете? — спросил Валентин, уже догадываясь, кто этот человек.
— «С того времени, когда яркая звезда, упавшая с неба на морской берег, принесла с собой на землю…», — Старик замер, уставившись на что-то.
Валентин отследил его взгляд. Пришелец смотрел на руку Иванки, на безымянном пальце ее красовался перстень Георгия Антоновича, — большой камень шафранового цвета.
— Впрочем, что я вам рассказываю, — голос мужчины стал намного тише, — вы ведь здесь совсем не случайно?
— «Эта звезда принесла с собой на землю несравненного царя, сильнее и разумнее которого никто еще не знал», — подхватила Иванка.
Старик хмыкнул, угадав, как и Фиорелли, в Иванке достойного собеседника.
— Кое-кто просил вам кое-что передать, — спокойно, по-свойски продолжала Иванка, как будто разговаривала с любимым дядюшкой, к которому приехала в гости.
Валентин понял, что мужчина узнал перстень с сердоликом на пальце Иванки.
Пошарив в рюкзаке, девушка достала сверток, который передал ей старый искусствовед, и вручила его гостю.
— Это для вас, Адам. Там травы для чая, — пояснила она.
Старик повертел пакет в руке, лицо его озарилось радостной улыбкой:
— Рад, что старый черт меня не забывает. Конечно, кто бы еще мог вот так просто появиться на моем берегу прямо из пены морской, как не его чертовы друзья.
— У вас что, здесь совсем народа не бывает? — спросил Валентин, — Я имею в виду туристов.
— А какого черта им здесь понадобилось бы в этой чертовой пустыне, в этом дьявольском месте?
С того момента, когда "хозяин острова" понял, что гости его острова — отнюдь не случайные туристы, — его глаза искрились веселыми огоньками.
— Ну, пойдемте, повожу вас по острову, покажу мои владения.
Путешественники надели сандалии, забрали рюкзаки и отправились вслед за ним.
Валерия, обернув косу короной вокруг своей головы, превратилась в языческую богиню древнего племени. Гуруджи уверенно топтал камни острова своими крепкими ногами, оплетенными ремнями древнегреческих сандалий, словно македонский завоеватель, и что-то напевал себе под нос. Лера, слыша его весьма далекие от классического музыкального строя напевы, страдальчески морщилась, но и прервать его музыкальные экзерсисы не решалась.
