Полковник только головой покачал. Может, конечно, и понятно. Но надо иметь в виду, что этикет не зря создавался веками. Прежде, чем заговорить с человеком, стоит с ним как минимум поздороваться. Потому что одно дело сказать: «Добрый день, вы не подскажете, где здесь районная библиотека?» и получить в ответ: «Прошу прощения, к сожалению, не знаю, давайте попробуем вон у той девушки спросить». И совсем другое промычать: «Э, а где тут это...» и получить в ответ: «Пошел ты!» И в том, и в другом случае все очень ясно для спрашивающего — он ищет библиотеку, просто во втором случае не наладил предварительную коммуникацию и не уточнил, что именно ему надо. Все понятно и отвечающему. В первом случае с ним имеют дело как с человеком, во втором пытаются решить проблему не глядя, кто перед ним. И в обоих случаях он отвечает «не знаю», только по-разному. Конечно, бывают и вежливые магнины. Но такие магнины вежливы обычно по служебной обязанности, а в массе своей они все равно склонны к упрощению. А такое упрощение уничтожает общество и возвращает людей к первобытному состоянию. Такую простоту взрослые люди часто воспринимают, как хамство, и это — внимание! — мешает магнинам добиваться своих личных целей.
Уже сейчас у магнинов одна из главных проблем — коммуникационная. Проще говоря, они толком не понимают ни взрослых людей, ни других таких же магнинов. Слов нет, у них отлично получается общаться в соцсетях, когда нужно просто поставить лайк или сердечко. Но когда нужно что-то объяснить на словах — они подчас не в состоянии даже друг друга понять. Конечно, всегда можно сказать «ну ладно» или даже «это так сложно». Но проблемы это не решит и дела с мертвой точки не сдвинет. А бывает, что непонимание и вовсе заканчивается трагически.
Тут снова оживился внутренний дознаватель. Он вспомнил, как недавно какая-то девушка принесла в ОВД заявление об избиении. Стоя перед дежурным, она громко жаловалась, что к ней на улице подошли три мужика и спросили, сколько она берет за ночь. Девушка громко обматерила их и послала по известному адресу, после чего мужики ничтоже сумняшеся начали ее избивать. Ее били на глазах у всех прямо на улице, и никто за нее не заступился.
— Типичная проблема магниновской коммуникации, — кивнул полковник. — Конечно, мужики эти — скоты и хамы. Имела она моральное право послать их куда подальше? Само собой, имела. Другой вопрос, стоило ли делать это в подобной форме? Грубо выбранить таких людей значит подвергнуть свою жизнь опасности. О чем она думала, когда публично их бранила? Что они раскаются, попросят прощения и уйдут в монастырь? Любому взрослому человеку ясно, что люди эти — антисоциальные, что входя с ними в конфликт, ты рискуешь жизнью. Но магнин — не взрослый, и ему это как раз и не ясно. Одни магнины считают, что бить женщину нельзя, но при этом женщина вполне может публично материться. Другие думают, что женщина не имеет права грязно бранить мужчин, но ее вполне можно бить. Третьи полагают, что если женщину бьют, то это ее личные проблемы, и не вступаются за нее. И дело не в том, кто тут прав, а кто нет. Дело в том, что нет общего представления о норме. Поэтому одни магнины жизнь свою кладут на спасение собак и кошек, не говоря уже о людях, а другие на ровном месте втыкают ближнему в живот нож. У всех слишком разное видение мира — и это тоже добавляет хаоса в ситуацию. А вообще запомни главное — жизнь магнинов отменяет разумный порядок вещей.
Полковник на секунду умолк, и Саша воспользовался этим, чтобы спросить то, что его интересовало.
— Григорий Алексеевич, а слово «магнин» как-то связано с магией?
Несколько секунд полковник холодно его разглядывал, потом нехотя кивнул.
— Как ни смешно — да, связано, — сухо ответил он. — Во-первых, создавая первое поколение магнинов, лисы, естественно, прибегли к магии…
Он умолк.
— А во-вторых? — спросил капитан.
Во-вторых, магнины — не совсем обычные существа. Лисы подавили в них интеллект и таким образом высвободили огромное количество энергии. У них, если можно так выразиться, расторможено подсознание. А это чрезвычайно расширяет способности. Вот, например, регулярно появляются дети, которые способны таскать за собой самолеты и океанские суда, надувать грелки и рвать железные цепи. При этом мышцы у них самые обычные, детские. Почему же они могут это все? Очень просто — в сознании у них нет преграды. Та часть мозга, которая отвечает за соотнесение возможного и невозможного, у них подавлена. Они как бы не понимают, что невозможно — и выполняют это невозможное.
