- В-общем я хотела сказать, что решила отозвать иск - услышала Оксана голос Надежды в трубке.
- Вы нашли новую работу?
- Нет. Но я думаю, вы были правы и у меня в суде нет никаких шансов.
Клиент будет удовлетворен. Но Оксане стало грустно. Она хотела сказать Надежде, что на самом деле шансы есть. И если выиграть дело, то можно восстановиться на работе еще на восемнадцать месяцев, пока малышу не исполнится три года.
- Вы уверенны?
- Конечно нет. Я сейчас ни в чем не уверенна. Но суд отнимет много времени, денег и нервов. А у меня сейчас нет ничего лишнего.
- Ну что ж. Спасибо что позвонили. - попрощалась Оксана. Она не стала разубеждать женщину и вселять в нее надежду. Все, что ей сейчас нужно - переключить свои мысли на что-нибудь другое.
Надо позвонить Алену Марленовичу и сказать, что Надежда отзывает иск. Оксана решила сделать это в понедельник.
Альберт позировал всю неделю и чувствовал себя так, словно это была неделя чемпионата кубка Стенли. Он был измотан и выжат до предела. Маленький вампир по имени Зоя умудрилась выкачать из него тонны энергии. И хотя частые визиты в отчий дом были вынужденными, благодаря им, он стал чаще видеться с матерью. Казалось, мать успокоилась, и он все реже замечал настороженный взгляд, которым она смотрела на него после его возвращения на Родину. Пусть он сейчас бездельник и лежебока. Он знал, что она никогда его не осудит и будет счастлива просто видеть его рядом живым и здоровым.
Но сам он никак не мог определиться, что будет делать дальше. Наверное, это самое страшное для мужчины - остаться без дела. Чувствовать себя выкинутым из жизни, когда ты еще молод и хочешь дать что-то новое миру, но в тебе уже ничего не осталось. Ты пуст, словно пустая бутылка из-под колы.
Где-то в глубине души Альберт был рад, что Зоя нашла для него занятие, даже такое бессмысленное как позирование. Но скоро картина будет нарисована и что ему делать дальше? «Кадрить девчонок» вспомнил он слова друга. Сейчас ему предстояло «закадрить» только одну - Оксану.
Он подошел к подготовке к свиданию со всей тщательностью. И хотя это тоже был один из способов убить время, все же ему была приятна эта суета. Он пригласил домой шеф-повара известного в городе итальянского ресторана, утвердил меню и тот принялся за работу.
Пока готовилась еда и сервировался стол, Альберт отправился за цветами и старательно избегая орхидей и любых других цветов, внешне напоминавших ему что-либо неприличное (в какой-то момент ему все цветы вдруг показались неприличными), отчаявшись, купил наконец букет простых белых ромашек. Он помучился немного в магазине двд-дисков, вспомнил, что Оксане нравится большой французский актер и купил два диска с его участием. Один старый, второй свежий, десятого года. Последний он купил еще и потому, что Жерар Депардье был на обложке уже немолодым, а это немного тешило его самолюбие.
Перед уходом шеф-повар оставил инструкцию, какое блюдо когда подать и как разогреть. Альберт позвонил и пригласил Оксану на ужин, дав ей на сборы всего час времени.
Альберт сказал, что если она не против итальянской еды, то все, что нужно - это добраться до его «холостяцкой берлоги». Она приняла предложение вместе с двойным контекстом и полчаса выбирала подходящую одежду. Затем вспомнила о шелковом платье с мелкими цветочками, длиной по колено и пуговичками на груди. Вопрос одежды представлялся Оксане очень важным так как выглядеть легкодоступной не хотелось, но и слишком скромные брюки и кофточка казались не совсем женственными. К тому же в них будет жарко. А это скромное платье в стиле сороковых будет в самый раз.
Ей было страшно. Она трусила и винила в этом своего бывшего парня - Женю. Единственного мужчину, с которым несколько раз делила постель. Их отношения начались с банального знакомства в кинотеатре, продолжались шесть месяцев и закончились не менее банальным разрывом.
Он старался понравиться ей и так же старался угодить в постели. Он пыхтел и сдерживался и каждую секунду заглядывал ей в глаза, отслеживая ее реакцию. Женя, очевидно возомнивший себя гуру тантрического секса, растягивал это «удовольствие» на долгие тридцать минут, заставляя ее чувствовать себя лошадью, загнанной в мыле. Однажды, не выдержав очередного сексуального марафона, Оксана его отпихнула. Видит Бог, она старалась, но так ни разу и не смогла достичь оргазма о чем сообщила ему. В ответ он обозвал ее фригидной.
Она не считала себя фригидной, но все еще не доказала себе обратное. Оксана не желала выяснять так ли это. Услышав обидное слово, она не потеряла сон и аппетит, но сомнениям все же удалось прокрасться внутрь.
Оксана еще раз оглядела себя в зеркале, взяла в руки миниатюрную сумочку и спустилась вниз. Она крадучись заглянула в кухню и застав там только Розу с Сонечкой вздохнула от облегчения.
- У тебя свидание? - спросила Соня заметив, яркую помаду и прическу Оксаны. Маленькие ручки старательно мяли тесто.
