— Сколько времени? — словно насмехаясь, следом спросил он.
Рабочие часы в доме тоже были. Они стояли на одной из тумб и ровнехонько отсчитывали проходящие минуты.
— Без пятнадцати семь, — ответил ему Калеб.
— Значит, пойдем.
Калеб поднялся со стула, и они вместе с товарищем двинулись к выходу. Стефан отдельно подошёл к комнате близнецов и стукнул локтём о дверь, услышав, как они зашушукались и разбежались в разные стороны.
***
Вышли из дома они скоро, пройдя через несколько этажей по крутой лестнице.
— Далеко нам идти? — поинтересовался Калеб.
— До библиотеки, — коротко бросил ему в ответ Стефан, и они двинулись вперед.
Прохожих на улицах становилось гораздо меньше, поэтому теперь их можно было сосчитать на пальцах. Раз и два: молодые любовники, счастливые и юные, громко смеются и почти порхают по стихающим улицам. Три, четыре, пять: около лавки остановилось несколько мужчин средних лет и говорят о чём-то своём, о мужском. Шесть: одинокая и красивая девушка в бордовом берете идёт по улице и задумчиво вглядывается в тускнеющие окна домов, болтая своим чемоданчиком то в одну сторону, то в другую. Калеб бы точно загляделся, если бы товарищ не шёл так быстро и решительно, обгоняя все возможные материи.
Стефан и Калеб жили не в самом бедном районе города, но и не в самом богатом, поэтому здесь в основном обитал средний класс, к которому частично относились и наши лицеисты: средне зажиточные юристы, учителя, врачи, деятели культуры и иже с ними. Всё они грамотно распределились по своим отраслям, прилежно работали во благо страны, а на выходных совершали променады в театры или салоны (в зависимости от уровня восприятия прекрасного и наличия денежных средств). К библиотеке выше упомянутой местные не питали нежных чувств и задерживаться там боялись, потому что о ней вечно ходили какие-то страшные слухи: то про странные звуки, доносящиеся из секретных архивных помещений, то про книги, таящие в себе древнее зло, то про местного призрака, духа студента, то про невесть еще что. Короче говоря, собирались в ее читальных залах только самые отчаянные отбросы общества, а теперь еще и юные революционеры. Ну, никто бы не удивился.
— Ты меня в читательский кружок ведёшь? Бывал я в местном, неописуемая скука, — как ни старался Калеб идти в ногу со Стефаном, он всё равно его обгонял. — Правда, меня быстро выгнали оттуда. Не сошлись взглядами на творчество Гила Вартудо: не было в его метафорах аллюзий на социальные изъяны, он о любви писал.
Стефан пропускал его слова мимо ушей и продолжал вышагивать, иногда подозрительно оборачиваясь.
— Ну куда ты так гонишь?! — пару раз споткнувшись о собственные ботинки, Калеб выразил несогласие со скоростными параметрами передвижения Стефана.
— Надо успеть, — равнодушно отозвался он.
— Мы такими темпами успеем только на мои похороны, уймись, пожалуйста!
— Просто не сбавляй шага, Калеб. Продолжай идти.
Библиотека становилась все ближе. В двадцати шагах пути она явилась в своей форме, а в десяти — показалась во всем содержании. Она словно стремилась взлететь в небо: украшенная многочисленными витражами, арками и резными фризами библиотека представлялась каким-то чудесным храмом. Перед нею раскинулся небольшой парк: в середине стоял фонтан, а окружали его лавочки. Таки райское место! Местные жители, однако, совсем не были заинтересованы архитектурной составляющей, поэтому здания сторонились: особенно суеверные даже по другой стороне улицы проходили, чтобы не попасть под тлетворное влияние неких сущностей. Впрочем, не всех это касалось. Калеб и Стефан увидали издалека девушку, стоящую около входа в библиотеку.
Вероятно, если бы они не знали, что это девушка, легко приняли бы ее за юношу. Вместо изящного платья на ней красовался мужской сюртук, а пепельного цвета волосы были стрижены по подбородок. Некоторая брутальность виделась и в чертах её лица: они были грубыми, но в то же время очень острыми. Калеб, увидев её, тут же стушевался. Он заметно покраснел и начал судорожно смахивать пылинки со своей одёжки.
— Что ж ты сразу не сказал, что Игнис будет?! — жалостливо молвил он. — Я бы поприличней рубашку надел!
Думать о модном выборе сегодняшнего вечера уже не представлялось возможным, когда молодые люди подошли практически вплотную к ней.
— Стефан, рада видеть, — завидев долгожданного товарища, приветственно кивнула она.
— Взаимно, — лаконично ответил ей Стефан.
Игнис слегка кивнула в сторону Калеба и организовала вопросительный взгляд по поводу целесообразности нахождения его персоны в этом месте и в это время. Стефан быстро её успокоил.
— Это со мной. Он мешать не будет.
Калеб состроил самую радостную улыбку, на которую способен человек, и тоже совершил этот приветственный кивок, но, правда, с большим размахом, и строгий приветственный жест обратился чуть ли не реверансом. Игнис оставила этот финт без внимания.
— Ладно, идёмте.
