Спустя некоторое время, когда до заката оставалось несколько часов, тренировочная битва подошла к концу. Взревели сигнальные трубы, а противоборствующие стороны стали сворачиваться в походные колонны. К Штормовому Пределу решили не идти, ибо дорога дальняя, а воины после «сражения» устали, так что мини-войско двинулось по направлению к ближайшей дубраве с родником. А недалеко от мест потешной битвы уже работали вовсю быстро принятые обществом полевые кухни, пристраиваясь в конце походных колонн. Можно с уверенностью сказать, что прибыв на место и разбив бивуак, солдаты получат горячее питание, а что ещё для счастья надо? Бабу, конечно же! Но чего нет, того нет.
Полевые кухни по достоинству оценили как рядовые бойцы, так и Лонмаут с Венсингтоном.
Продолжая отмечать нововведения, не могу не отметить с одной стороны обилие сигнальных средств, а с другой то, что как люди Бешеной Мыши, так и сира Ролланда Шторма сражались практически молча. Лонмаут с Венсингтоном прекрасно отдавали себе отчёт, что одним из ключевых факторов победы на поле боя является управляемость войсками, и подошли к организации этого вопроса со всей ответственностью. Вновь применив свой богатый опыт и в кои-то веки послушав своего лорда (идея со свистками была моя), господа внедрили кучу сигнальных средств и отдельных звуковых сигналов со своими уникальными значениями. Отдельно пехоте (в основном барабаны и свистки), отдельно кавалерии (бронзовые трубы и рожки), отдельно для стрелков (тоже трубы, но другие сигналы). И, помимо того, были внедрены общие сигналы, так сказать, общевойсковые.
Ясное дело, что изначально всё это представляло собой в лучшем случае очень плохой оркестр, но потом у людей стало получаться. И это стало работать. Примечательно, что именно в процессе освоения данной тонкой науки и зародилось железобетонное правило — в строю, чтобы слышать команды отцов-командиров и сигналы, должна сохраняться абсолютная тишина! А если её нет… то у офицера есть специальный инструмент. Можно сказать, что по-своему тоже музыкальный. Называется сей инструмент «алебарда», и можете не сомневаться, никто не постесняется применить её по назначению.
Мы, особо не торопясь, если признаться, нагнали колонну войск уже практически у дубравы, когда солдаты приступили к разбивке лагеря. Всё делалось по уму. Наряду с привычными шатрами стояли ровные ряды палаток (и да, нам недёшево обошлось внедрение этой вундервафли), отхожие места и, разумеется, пространство, выделенное для приготовления пищи, где уже вовсю пыхтели полевые кухни. У бойцов было всё необходимое: котелки, приборы и набор продуктов на несколько суток. Стоит отметить, что нами было установлено правило — централизованная кормёжка горячим питанием производится один раз в день, на ужин. Всё остальное время боец должен сам заботиться о себе. В общем… совершенно обычная и нормальная для данного времени практика.
Нередко солдаты, без особых проблем, скидываются и закупают продукты на отряд, в том числе и у моих интендантов. В основном, конечно, мясо разного вида (в том числе и внедрённую нами тушёнку), фрукты, вино (таким по большей части балуются кавалеристы, у которых оклад повыше) и прочую снедь. Распитие вина в отрядах никто не запрещает. Всё-таки… это было бы уже слишком для местных. Сильных пьяных дебошей, слава Семерым, ещё не было. Так… иногда выясняют отношения, да и только.
При появлении нашей кавалькады бойцы стали расступаться, освобождая дорогу, и кланяться, с интересом поглядывая на Вашего покорного слугу. Всё-таки многие меня никогда и не видели, хоть и служат мне. Довольно быстро добравшись до центра лагеря, мы с сопровождающими меня отцами-командирами спешились и направились к полевым кухням. Ужин, в конце концов!