Коснулись и санитарной обстановки, которая всегда очень остро стояла и стоит перед войсками. Во всех войнах и конфликтах (напомню, что об организации современного санитарного обеспечения и появлении антибиотиков речь даже близко не идёт) санитарные потери наносят наибольший урон противоборствующим армиям. Скученность людей, плохое качество воды и пищи, грязь и госпожа антисанитария — всё это является прекрасной питательной базой для разнообразных и замечательных болезней, среди которых холера, дизентерия, тиф, чума и оспа. Не редкость, когда в длительных походах от болезней погибает от одной трети армии, что демотивирует и ослабляет во всех смыслах оставшиеся силы. В качестве яркого свидетельства можно вспомнить моровое поветрие, прозванное Бледной Кобылицей, перекосившее половину армии работорговцев, собранную против Дейнерис. И не сказать ведь, что местные не в курсе.
Мейстеры, не отягощённые религиозной догматикой, неплохо так продвинулись в изучении болезней. Например, в Цитадели давно известно про существование «крошечных животных», благодаря хоть и примитивным, но микроскопам. Отчего они и лечат порой ртутью, дабы убить этих «тварей». Мейстерам прекрасно известно про ядовитость данного металла, отчего именно его и используют, ведь предполагается (хотя, правильнее будет сказать «надежда возлагается на то»), что ртуть в первую очередь прикончит болезнь, а уже потом человека. Также мейстерам хорошо известно и о вакцинации. Согласно записям путешественников и торговцев, в империи И-Ти давно распространена такая практика. Однако, местным отнюдь не очевидна польза от неё, поскольку шанс помереть от подобной вакцинации всё ещё крайне высок. Не обошли местные светила науки и тот факт, что люди, заразившиеся оспой от животных, переносят её гораздо легче, вместе с тем, получая иммунитет от более агрессивных штаммов (само собой, до понятия «агрессивный штамм» путь ещё долгий, но они ползут в нужном направлении). И всё-таки всё ещё легче человека заставить шевелить ушами, чем принять вакцину. Особенно местных крайне упрямых лордов.
В любом случае, с целью предупредить болезни и эпидемии нами была разработана методичка с самыми примитивными для любого человека из двадцать первого века требованиями и рекомендациями. Пить только кипячёную воду, держать в чистоте и порядке котелки, справлять нужды вдалеке от места приёма пищи, мыть руки, а в идеале ещё и с мылом или мирийским огнём. Что мыла, что мирийского огня в Вестеросе, благо, достаточно. Мыло здесь варят в каждом крупном населённом пункте, «огонёк» — вполне доступное средство, которое есть в аптечке любого мейстера. Были даже построены бани и введена практика еженедельной помывки и стирки. С этим неплохо помогали набежавшие со всех концов света маркитантки.
Сказать, что принятые меры сразу же заработали как надо, и все сразу стали их придерживаться и вообще всё стало замечательно… хочется, конечно, но это было бы просто беспощадным враньём. В этом плане местные очень инертны и слабовосприимчивы к резким переменам. Впрочем, зря я так говорю о местных, ведь черты эти присущи всем людям во все времена. Прогресс идёт, но раз на раз не приходится, и вспышки болезней регулярно случаются, порой и с летальными случаями. И за это в первую очередь наказывают командиров, что не смогли насадить правила. Порой это совсем несправедливо… ну а что делать? Как говорил один химик — «жизнь вообще несправедлива»! И кого-то же надо показательно наказать! Отличный воспитательный момент и для офицера, которому нужно понимать всю глубину глубин своей ответственности, и для простого солдата, который сперва на примере мучающихся больных товарищей видит последствия невыполнения предписаний, а потом и ощущает на себе более пристальное внимание непосредственных командиров.
Уже к обеду, оставив позади «потешное войско», мы вернулись в Штормовой Предел. Несмотря на ограниченное время пребывания в родном замке, планов у меня ещё было громадьё. Основным в списке было посещение с инспекцией Серой гавани и острова Тарт, с целью ознакомления с новыми торговыми городками и их состоянием. Я хоть и вынужден доверять своему окружению, но всё-таки стоит перепроверить, дабы потом не пенять на нерадивых подчинённых или подчинённых их подчинённых.