Эта сцена навсегда останется в памяти девушки, как и всех тех, кто стал её свидетелем. Обширный зал, заполненный людской массой, разделившийся на хмурых сторонников и воодушевленных противников. Отец, недвижимой скалой замерший на своём престоле, и стоявший напротив Эйрон, ударившийся в яркую проповедь. Он всё говорил и говорил, полностью растворившись в моменте мнимой славы и то ли в силу гордыни, то ли в силу глупости не понимая, что совершает самое страшное преступление, какое только можно представить на островах — он идёт против семьи и старшего брата. В тот момент Аша с огромным трудом сдерживала порывы спросить у этого верного жреца Утонувшего… где он был со своими проповедями, когда Эурон чинил свои бесчинства над женой Викториона? Где был Эйрон, когда Эурон дерзко и в открытую совершал иные преступления, насмехаясь над верой, которую сейчас пытаются отстаивать? Где был Эйрон, когда его старшему брату и лорду-жнецу был так необходим совет и поддержка в разрешении вражды между братьями? Аша прекрасно знала ответ, её отец знал ответ, все остальные знали ответ. Эйрон ссал приближаться на милю к тому месту, где пребывал Эурон.
Но вмешательства Аши не потребовалось. В тот краткий миг, когда Мокроголовый набирал новую порцию воздуха в свои лёгкие для очередного истеричного спича, в чертоге появилось новое действующее лицо, узнаваемое на островах ничуть не меньше зарвавшегося оратора. Стойкий запах тины и водорослей, которые принёс с собой Мокроголовый, сменился ощущением свежего морского бриза, когда пред глазами собравшихся предстал человек, почитаемый многими как живой святой, Тарл Трижды Тонувший. В тот миг Аша словно вдохнула свежего воздуха и с толикой облегчения поняла по лицам других, что не только она одна. Эйрон же, увидев пророка Утонувшего, подавился собственными словами, наконец замолкнув и в недоумении тараща свои чёрные глаза на старшего брата.
Тарл спокойно и с достоинством, в полной мере показывая себя равным собравшимся, вышел в центр чертога и осмотрел присутствующих. Ни Эйрон, ни его сторонники, ни кто-либо ещё так и не осмелились подать свой голос поперёк Святого, трусливо пряча от него свои взоры, ибо знали — не веру они здесь собрались защищать. В конце Трижды Тонувший, взглянул своими серыми глазами на Ашу, отчего девушка взволновано встрепенулась и тут же замерла соляным столбом, узрев неожиданно мягкую улыбку жреца.
— Утонувшему угоден этот брак! — Громко и отчетливо произнёс Тарл. — Я лично сопровожу леди Ашу и проведу обряд по завету предков! Такова Его воля!
— Такова Его воля. — Тоном, варьировавшимся от покорности до уныния, промолвил зал.
Произошло самое неожиданное, но единственное возможное — зал и даже оппозиция полностью покорились словам Святого. Какие бы чувства и мысли не скрывали сейчас участники этого действа, все они понимали, что спор сейчас неуместен и даже недопустим.
Подобное заступничество крайне благоприятно повлияло на атмосферу в замке, сподвигнув колеблющихся лордов безоговорочно поддержать Бейлона и его решение. Но и Эйрон, от своих идей и убеждений отступать был не намерен, в конце концов, навязавшись в это путешествие, действуя на нервы команде Великого Кракена. Благо, думала про себя Аша, что «дорогой дядюшка» остался на корабле, иначе от вида прелестно сказочного дворца его бы точно вырвало водорослями.
Делегацию, возглавляемую Грейджоями, привели к просторному парку, по центру которого были натянуты тенты из покрашенной в желтый и красный тканью. Под дарующими спасительную тень тентами были накрыты богатые столы, вокруг которых важными павлинами расхаживали прочие гости Мартелов со своими домочадцами, распивая вино и громко шутя, а чуть поодаль расположилась создающая подобающую атмосферу группа музыкантов с флейтами и арфой. Пока они сближались, Аша успела заметить восставшего леопарда с секирой Сантагаров, скорпионов Кворгилов, пламенное поле Уллиров, зелёного дракона Толандов, бронзового василиска Гаргаленов, воспрещающий жест Аллирионов и гербы прочих родов Дорна, которые вспоминались Ашей не столь легко. Одно было очевидно — сегодня в Водных Садах собралась практически вся знать самого южного королевства, что совершенно точно не было спонтанным событием.
Предводители благородных семейств двух столь разных земель всматривались друг в друга с нескрываемым интересом, пока церемониймейстер и глашатай не начали делать свою работу.
— Лорд Железных островов, лорд-жнец Пайка, Бейлон Грейджой со своей дочерью Ашей…
— Первый из Харлоу, лорд Десяти Башен, Родрик Харлоу с наследником…
— Лорд Хаммерхорна Горольд Гудбразер с сыновьями и дочерьми…
— Лорд Старого Вика…
— Лорд…