– Может, на других? – предположил Бэррин и ухватил ближайший к себе камень. Остальные мигом разобрали. Грыму достался самый большой из булыжников. Непонятные письмена нашлись на каждом, кроме того, что у тролля. Однако знакомых символов не обнаружилось.
– Была бы рядом библиотека, наверняка бы нашли, – сокрушался Златко.
– Я запомнил, – утешил его Калли, – вернемся, зарисую, и найдем.
Ответом ему был слаженный стон. Все прекрасно понимали, что глотать книжную пыль придется всем пятерым.
– Нам еще наверстывать пропуски по учебе, – буркнула Дэй. – Если вообще не выгнали до сих пор.
– Его высочество заступится, – немного неуверенно пообещал Златко.
В этот момент Грым, желая рассмотреть рисунки поближе, склонился к Иве, и на его камне тоже начала появляться неглубокая бороздка. От удивления тролль выпрямился, и она тут же исчезла.
– Так, а ну-ка ближе.
Через миг камни разве что не столкнулись боками. На самом большом из них, том, что в руках у Грыма, начал проявляться… олень. Тот самый символ, который Дэй видела в подземелье и который в итоге привел ее к племени белоглазых.
Никто не успел спросить, что это означает, хотя вопрос и вертелся на языках, потому что Златко рассмеялся.
– Четыре камня – четыре дороги – четыре испытания. И то, что их всех объединяет.
– Белоглазые! – воскликнула Дэй.
– Их история, – подумав, уточнил Калли. – Наши приключения объединяет их история.
– От предательства до спасения, – пробормотал Бэррин.
– То есть пятый камень – это их история? – уточнила Ива.
– Пятый камень – то, что их объединяет, – не особо уверенно ответил Калли.
– Слушай, а у всех выемки есть? – во время паузы спросила Дэй и показала небольшое углубление сбоку. – Или это только у меня такой бракованный?
Камни вновь завертели в руках. Такие ямки оказались только на четырех. Булыжник Грыма опять выделился.
– Амулеты, – вновь первой сообразила Дэй.
– Точно! – все потянулись за подвесками. Тролль подумал-подумал и протянул свою Иве.
– Ты уверен?
– Все-таки ты разбила камень…
– Но ты его нес долгое время…
Друзья синхронно посмотрели на Златко. Тот пожал плечами. Грым просто сунул амулет Иве и отмахнулся от возражений.
– Так, ищем «свои» камни, – распорядился Бэррин. – Только подвесками не обмениваемся! Обмениваемся камнями!
Друзья примеривали амулеты к выемкам и заглядывали к соседям. Эльф чуть поднял свой голыш, посмотрел на подвеску Бэррина и протянул камень Златко. Бэррин собрался было ответить тем же, но Светлый покачал головой: не подходит. Друзья принялись искать нужные камни.
Через несколько минут нехитрых манипуляций четыре камня оказались в нужных руках, то бишь каждый из чародеев, у кого были амулеты, держал в руках именно тот булыжник, который подходил к его подвеске.
– Ну что, вставляем? – Дэй немного нервничала.
– Только лишнее уберите, – зачем-то сказал Златко, хотя все и так уже избавлялись от закрепляющих камни элементов.
– Что-то мне боязно, – вздохнула Ива.
То же самое ощущали все, но тем не менее каждый из них вложил камешек из амулета в выемку. Получилось почти одновременно, поэтому удивленные возгласы послышались в одно и то же время.
Маленькие осколки из подвесок мгновенно стали частью булыжников, причем так, что даже стыков не разглядеть, будто слились. А следом за этим символы на камнях стали меняться. Бороздки изгибались, сдвигались, исчезали и появлялись в других местах. «Олень» у Грыма вообще исчез. Некоторое время друзья ошарашенно смотрели на камни.
– Упорство, – вдруг произнесла Ива.
– Что? – спросил кто-то.
– Тут написано: «Упорство», – пояснила девушка. – Просто немного стилизованно, и буквы объединены, как раньше писали, но я уверена, это слово «упорство».
Златко, уязвленный тем, что не он первый разгадал этот ребус, принялся усиленно разглядывать свой камень и, к своему ужасу, никак не мог разобрать, что на нем зашифровано. Потом в голове будто что-то щелкнуло. Но почему на языке кобальтов-то? Насмешка какая-то.
– Самоотверженность, – радостно и чуть смущенно выпалил он и поймал понимающий взгляд эльфа.
– Ответственность, – тем временем отчиталась гаргулья. – Это наш язык. Сейчас его мало используют уже, но еще учат. Тоже стилизованно, гоблин разберешь.
– Милосердие, – тихо произнес Калли.
Все как-то вдруг замолчали, осмысливая сказанное, и только Грым долго не выдержал.
– А у меня опять ничего.
– Потому что твой камень объединяющий! – фыркнула Ива и протянула вперед руку.
Грым повторил ее жест, а за ним и все остальные. Камни вновь были вместе, и на самом большом начала показываться новая руна.
– Дружба! – разом выдохнули чародеи, переглянулись и вдруг засмеялись. Будто от счастья.
– Действительно, – пробормотал Златко. – Если бы не наша дружба, даже узнай Ива от Стонхэрма ту же информацию, вряд ли смогла бы организовать, чтобы к пяти камням отправились люди.
– Совершенно точно не смогла бы, – согласилась девушка. – Максимум – дошла бы до ректора. А с моим счастьем он мне бы точно не поверил, и осталось бы только идти самой.
