Сердечно попрощались с милой Ольгой Владимировной и договорились не терять друг друга из вида.
Прекрасный день! Не мог и представить, когда умывался утром в своей мансарде. Уже говорю “своей” – начинаю привыкать к житью-бытью в Париже.
7.
Долго не решался позвонить Ольге Владимировне. Мялся, сомневался, но позвонил, поблагодарил за экскурсию, похвалил ее эрудицию, память на имена и даты.
Она очень мягко посмеялась над моими комплиментами и призналась, что ей приходится много работать, чтобы в одиночку поднимать двоих детей.
О подробностях ее семейной жизни я, понятное дело, не спрашивал, но собрался с духом и отважился пригласить ее в театр на оперу или балет. Спектакли проблематичны из-за слабости моего французского: в нашей школе преподавали только немецкий!
Ольга Владимировна вежливо отнекивалась, говорила, что она позвала меня на экскурсию как русского писателя, приехавщего в Париж, что нет никакой необходимости ее благодарить таким дорогостоящим способом, но, после моих настойчивых уговоров, согласилась.
Теперь – срочно купить хорошие билеты! Нельзя же, право, вести даму куда-то на галерку. Из всех знаменитых парижских театров выбрал Оперу Гарнье – шедевр архитектуры Девятнадцатого века, исторический памятник, Призрак Оперы и прочее… Заодно, посмотрю на интерьеры – там, говорят, интересные росписи, мозаики, лепнина и позолота.
Ничего романтического или амурного – просто благодарность за уважение и любезность по отношению к автору из уездного города.
8.
Подъехал в Оперу, в кассу. На мою удачу, там работала русская кассирша. Объяснила, где приличные недорогие места, откуда хорошо видно и слышно. И вдруг, о, чудо! Ей позвонили, что назавтра свободна ложа. В пол-цены!
Я поколебался и оплатил из конверта “Премия “Золотое перо”.
Позвонил Ольге Владимировне поделиться своей удачей. Она разволновалась, сказала, что ложа – это очень серьезно, я даже не понимаю насколько, ей необходимо приготовиться, одеться подобающе: на ложи смотрит весь зал, а у нее нет ничего соответствуещего такому месту, но она позвонит подругам, займет что-нибудь на вечер!
Я был озадачен и на всякий случай проконсультировался с Анной Сергеевной: как одеваться, во сколько приезжать в оперу и т.д. Понимающая женщина! Дала несколько полезных советов и согласилась помочь провинциалу в столь деликатном вопросе.
Мы встретились на Pю Риволи и прошли через ряд магазинов с мужской одеждой. Что за мучения! В опере не стесняются появляться даже в свитерах и джинсах, но мне очень не хотелось оплошать или подвести милую Ольгу Владимировну.
Я предполагал отделаться строгим костюмом на все случаи жизни, новой белой рубашкой и галстуком. Не тут-то было! Попался в лапы светской львицы… Бесконечные примерки, сомнения, хождения из магазина в магазин, возвращения, откуда только что вышли, в итоге – нагруженный всевозможными коробками, сумками, пакетами с трудом забрался к себе на шестой этаж.
Сейчас пишу эти строки, смотрю на разноцветные упаковки и думаю: неужели все это нужно мужчине, чтобы сходить с женщиной в театр? Столько условностей для простого человеческого общения! Лучше бы я пригласил Ольгу Владимировну в хороший ресторан – спокойнее и, уж точно, намного дешевле. Но, назвался груздем…
9.
В голове шумит, соображаю плохо…
Давали
10.
О, Господи! С утра пораньше позвонила Анна Сергеевна, разбудила словами: “Срочно купите Пари-Матч, отдел светской хроники…” – и повесила трубку. Кое-как оделся и по своей улочке спустился до авеню Георга Пятого – там ближайший газетный киоск. Купил, раскрыл и остолбенел: в пол-листа цветная фотография Ольги Владимировны и меня, спускающихся по главной лестнице и подпись: “Самая элегантная пара в Опере”.
Ольга Владимировна, действительно, очень хороша! С роскошной прической, в бархатном платье, с ювелирными украшениями. Где она их взяла? Наверное, одолжила у богатой подруги. Или подруг.
Я тоже неплох: черные брюки и лаковые ботинки безукоризненны, оригинальный пиджак черного тяжелого шелка. Алая подкладка и отвороты расшиты китайскими драконами, в петлице – огненная роза. Анна Сергеевна постаралась создать столь необычный и интересный костюм. У Ольги Владимировны в руке такая же роза. Все очень эффектно!
Я выгляжу более стройным, чем на самом деле. Впрочем, широкий пояс для смокинга и ежедневная беготня вверх-вниз на шестой этаж подтянули писательское брюшко. Волосы и борода аккуратно подстрижены – Анна Сергеевна настояла, чтобы я сходил в парикмахерскую и не пользовался машинкой для стрижки волос.
