В апреле 1983 года при получении взятки в размере 1000 рублей был задержан с поличным начальник ОБХСС УВД Бухарского областного исполкома Ахат Музаффаров. Желая облегчить свою участь, он начал давать показания. Также в числе первых был задержан директор Бухарского горпромторга Шоды Кудратов. У него было изъято более 500 000 рублей наличными, ювелирные изделия, золотые монеты – всего на сумму более 4 млн.[148] Дома у Музаффарова было найдено 1,5 млн рублей. В сентябре 1983 года расследование этого дела было поручено следователям по особо важным делам Генеральной прокуратуры СССР полковникам Тельману Гдляну и Николаю Иванову. От Генеральной прокуратуры Союза ССР работу комиссии курировал начальник следственной части союзной Прокуратуры, государственный советник юстиции 2‐го класса Герман Каракозов. Под их началом состояло примерно 200 сотрудников, направленных в Узбекистан. С учетом ротации в группе в общей сложности проработало около 500 человек. В ходе следствия они арестовали за получение взяток 7 секретарей ЦК Узбекской ССР и 12 первых секретарей обкомов. Членам следственной группы тоже предлагали огромные взятки, например, Гдляну – миллион рублей. Всего группа Гдляна – Иванова арестовала 62 человека. Все они относились к высшей партийно-хозяйственной номенклатуре Узбекистана. Всего же подчиненными Гдляну следователями было возбуждено более 800 уголовных дел. По оценке следователей, только за период с 1978 по 1984 год приписки составили не менее 5 млн тонн хлопка, что нанесло ущерб государству более 10 млрд рублей.
31 октября 1983 года скоропостижно скончался Шараф Рашидов. После его смерти расследование «хлопкового дела» ускорилось. Первоначально Рашидова похоронили в центре Ташкента, где планировалось возвести посвященный ему мемориал. Однако летом 1984 года в Ташкент прибыла группа сотрудников ЦК КПСС во главе с секретарем ЦК Егором Лигачевым для проведения XVI Пленума ЦК КП Узбекистана по избранию нового первого секретаря. Главой компартии Узбекистана стал Иманжон Усманходжаев, бывший председатель Президиума Верховного Совета Узбекистана. На Пленуме все выступавшие, включая Усманходжаева, клеймили Рашидова как коррупционера и деспота. По решению Пленума прах Рашидова эксгумировали и перезахоронили на Чагатайском кладбище, где покоятся видные деятели культуры и науки, общественно-политические деятели республики.
Но при Усманходжаеве практика приписок продолжилась. Да и не могло быть иначе, поскольку план для Узбекистана по хлопку никто в Москве уменьшать не собирался. Бывший первый секретарь Каракалпакского обкома партии Каллибек Камалов показал: «Первый секретарь ЦК Компартии Узбекистана Усманходжаев <…> после Рашидова является главным организатором всех негативных явлений в республике. К примеру, взять 1983 год – по его требованию во всех областях УзССР допускались крупные приписки в заготовке хлопка. Когда на полях не оставалось ни единого грамма хлопка, он потребовал показывать в сводках сбор и заготовку несуществующего хлопка-сырца. <…> Разве можно было в условиях того года выполнить план и дать Родине 6 млн тонн хлопка-сырца? Об этом знают и стар и млад в нашей республике». А бывший глава МВД Узбекистана Хайда Яхъяев на допросе утверждал: «Конечно, сейчас могут найтись демагоги и заявить: неужели нельзя было работать без взяток, как работает большинство советских людей. Отвечу так на этот вопрос: большинство советских людей действительно не занимались взяточничеством, а вот должностные лица республики почти поголовно погрязли во взяточничестве. Не заниматься этим можно было при одном условии, уйти с поста и работать рабочим на заводе или хлопкоробом в поле. А на всех этажах служебной лестницы у нас в республике коррупция была повсеместной».[149] Мадьяр Худайбергенов, первый секретарь Хорезмского областного комитета, признался под следствием, что заплатил Рашидову 1,5 млн рублей за присвоение ему звания Героя Социалистического Труда.
