А что делать с чувствами? Что? Ведь влюбился, как пацан. Заново. Полностью. До мурашей по коже. Тогда к чему эти ненужные терзания? К чему прощение? Кому оно нужно? Твоему сыну, которому ты задолжал слишком много, и не важно, что не по твоей вине. Или Ночке, что в глаза никому посмотреть не может? Или, быть может, мне, познавшему в одночасье цену каждой минуты?
Никому…
С моря тянуло свежестью. Распластался в кресле, смотря на медленно тонущее за коньками крыш солнце. Телефон просто взрывался звонками, поэтому мне пришлось выйти из дома, где развернулся настоящий хаос. Отец взял под свой надзор лепку пельменей, а значит, его контроль качества проходил каждый второй. Это как вид наказания, честное слово. Мама спорила, подтягивала на свою сторону молчаливую Надюшку, а вскоре эта троица уже знатно дискутировали и по размеру, ну и по форме, естественно.
После обеда Ночка вздохнула и встала, протягивая руку сыну. Дима не стал ломать комедию, сжал её пальцы и повел во двор. По его взгляду было понятно, в этом разговоре мне нет места.
Ну кто я ему? Дядя адвокат, оказавшийся отцом?
Это как в армии. Свое место в строю́ нужно заслужить по́том и кровью. Доказать, что не слабак. Это их стая, их правила, как бы больно это не звучало.
Лениво слушал истерику выспавшегося Вареникова, а сам глаз не сводил с парочки, сидевшей в обнимку на скамейке у искусственного пруда. Дима изредка поднимал руку, смахивал слёзы матери, но продолжал обнимать. А значит, не всё так плохо.
Ребёнок, воспитанный в любви, не способен на жестокость. Ну нет в нём этого ресурса, если нарочно не травить, конечно, как маленькую декоративную собачку. Вот и мне нельзя ошибиться. Боже, как бы мне к ним подобраться? Эта парочка такой шкурой обросла, что уже никому не верит.
– Денис Саныч! Ну зашиваюсь я, мне нужен помощник! – вопил Вареников, пытаясь достучаться до меня. – Работы столько, что даже секретаря некогда искать. А без секретаря работы ещё больше. Что делать? Это замкнутый круг.
– Будет тебе помощник, Генка. Будет. А на следующей неделе командировочные приезжают, и ты снова будешь лопать горячие бутерброды, разбрызгивая сыр по микроволновке.
– Когда?
– Завтра, – я отбил вызов и открыл ноутбук. Почта ломилась от писем, а вот в голове штиль был. Раскидал все по папкам, срочные отправил Вареникову вместе с переводом на номер 900, быть может, так его истерика чуть сбавит обороты. Мне нужна пауза, а парню нужны и мотивация, и сочный омар. Иначе он и мои клешни повыкручивает в суставах.
Захлопнул компьютер и пошел к парочке. Обошел скамейку и сел на пень, на котором отец дрова для бани рубил. Осмотрел серое, усталое лицо Ночки и растерянный румянец на лице парня. В его глазах уже не полыхало. Там тлели угли, уже не припекая, а туманя мысли гарью.
– Поехали, чего расселись?
– Куда? – Димка поцеловал мать в макушку и обнял крепче, будто я хотел её выкрасть. Хотел, конечно, но не сегодня. Сегодня всем нужна тишина.
– Домой.
Ада распахнула глаза, пытаясь понять, что я задумал. А думать тут было не о чем. В доме родителей тишины точно не дождаться. А в квартиру я им и подавно вернуться не дам. На глазах пусть будут, пока со всем дерьмом не разберемся. Да и потом пусть будут. Пусть привыкают пока.
– К тебе, что ли? – хмыкнул Димка.
– Права-то есть? Ты, кажется, единственный, кто успокоительного не хряпнул писярик, – достал из кармана ключи от пригнанной машины и бросил в Димку.
– Ты обо мне больше знаешь, чем я сам, папуль. Вот и скажи! Где мои права́, а? – он дёрнул губами, пропуская улыбку, но со скамейки поднялся. Встал, расправил плечи, подошёл и упёрся взглядом, как тогда, в камере.
– У меня.
– Тогда поехали. Мам? Это правда отец? А то на маньяка больше смахивает, – парень рассмеялся и с нежностью обнял Ночку, помогая подняться. – Ты уверена? Может, есть другие кандидаты? Ну давай, напрягись, даже в телевикторине участнику дают четыре варианта. А меня ты прям перед фактом ставишь.
– Уверена, – вздохнула она, протягивая мне раскрытую ладонь.
Так мы и шли, держа Ночку с обеих сторон.
– Надя, собирайся! – крикнул я в распахнутое окно, пока складывал вещи. – С нами поедешь.
– Нет-нет… – она замахала руками. – Езжайте, я тут переночую, а утром домой поеду. А то так с работы уволят.
– Ой! – внезапно осенило меня. Я выпрямился, будто кол проглотил. Мысли заскакали табуном вороных, раскладывая хаос по нужным полочкам. И вроде, порядок даже намечается в ближайшем будущем. – Хочешь вернуться в город?
– Денис, ну что за вопросы, – смущенно рассмеялась Нади, посматривая на родителей. Тему бабушки в этот вечер все будто специально стороной обходили. Ну и правильно. Пусть сама приходит и даёт показания, а уж конституцию под рученьку я ей обеспечу. – Конечно, хочу.
– Тогда завтра в восемь утра, – достал новую визитку и протянул ей. – Тут адрес, а Вареникова ты уже знаешь. Нам очень нужен администратор. Принимать звонки, следить за офисом, встречать клиентов. Надюш, ну выручи?
