– Ты ведь меня не выдашь? – спрашиваю я, хлюпая носом, и Окрошка тихонько мяукает. – Надеюсь, это – да.
Захожу в ванную и смываю испорченный макияж. Кошка все крутится у моих ног, затем провожает в спальню и послушно ждет, пока я надену теплый костюм и усядусь в кресло перед компьютером.
– Иди сюда, – зову Окрошку, легонько хлопнув себя по бедру.
Она запрыгивает ко мне на колени и сворачивается клубочком, уткнувшись мордочкой в живот. Нежно поглаживаю Окрошку по голове. Она мурчит, а я роняю с ресниц еще пару слезинок.
– Я все сделала правильно. Правильно же, да? – задаю вопрос, ответ на который так и не звучит. Да и от кого я его жду? От кошки?
Включаю неоновую подсветку и компьютер. Монитор загорается, и на чехле телефона, что лежит на столе, поблескивает золотистое сердечко. Срываю его онемевшими пальцами и выбрасываю в урну. Достаю из ящика сухие платочки и вытираю глаза и нос, после протираю стекла очков салфеткой, надеваю наушники и запускаю мессенджер. Может быть, сейчас я и чувствую себя так, словно потеряла что-то важное, но это не будет длиться вечно. В конце концов, у меня еще кое-что осталось…
Жму кнопку вызова, собеседник отвечает почти мгновенно.
– Прости меня, – говорит Лева вместо приветствия.
– И ты меня, – печально произношу я.
– Мир?
– Конечно. Только у меня есть срочная просьба… Можешь кикнуть Вано?
– Он что-то…
– Лев, пожалуйста, не спрашивай пока ничего. Просто убери его, и давай сыграем с нашими ребятами. Я жутко соскучилась.
– Без проблем, – с готовностью отзывается друг.
Мы берем молочные коктейли навынос и отправляемся к кинопаркингу. И хотя печка в салоне работает на полную мощность, я подбираю под себя ноги, а Кирилл накрывает меня своим пуховиком. До начала киносеанса остается несколько минут, и пока Меньшов настраивает нужную волну на радиоприемнике, я молча потягиваю из трубочки коктейль. На удивление, в моей голове нет никаких тревожных мыслей. Нет ни прошлого, ни будущего… Я зависла вне времени на этой забитой машинами парковке.
Кинотеатр находится на возвышенности, и с этого места открывается красивый вид на вечерний город. Внизу по широким проспектам проплывают белые и красные огни автомобилей, вдалеке дымятся трубы. Ярко светят фонари, окна домов, огромные рекламные щиты… Где-то там наша школа. С шумным актовым залом, танцами, смехом, картонными пионами и приглашенным ведущим. А мы, взявшись за руки, сбежали в другую часть города… Перед началом весеннего бала я дала себе обещание, что даже смотреть в сторону Меньшова не буду. Но что-то снова пошло не так.
Когда на огромной белой стене начинается показ старого французского фильма с субтитрами, я быстро перевожу взгляд на Кирилла. Меньшов морщится, а я не сдерживаюсь и негромко смеюсь. Кирилл смотрит на меня и растерянно улыбается.
– Почитать за тебя? – ехидно спрашиваю я.
– Ненавижу субтитры, – ворчит Кирилл. – Не успеваю одновременно читать и воспринимать происходящее. Это издевательство.
И все-таки он тоже берет с передней панели свой коктейль, и мы синхронно откидываемся на спинки кресел. Фильм идет уже несколько минут, но, кажется, ни я, ни Кирилл не захвачены сюжетом. Наша машина стоит посреди десятка других, и в каждой своя маленькая жизнь. Свои проблемы, мысли, переживания. Я вдруг думаю о том, что все присутствующие здесь наверняка любили когда-то или влюблены прямо сейчас. И скольким из них приходилось сталкиваться с предательством? А прощать?..
– Мама постоянно про тебя спрашивает. Ждет в гости, – произносит вдруг Кирилл.
Я отпиваю коктейль и поворачиваю голову к Меньшову:
– Мне будет не хватать наших с ней женских посиделок. Но теперь у меня нет повода бывать у вас.
Кирилл тоже делает глоток, и мы снова смотрим на огромную стену.
– Как твой русский язык? – в свою очередь спрашиваю я, снова отвлекшись от фильма.
После школы мы с Кириллом будем учиться в разных городах. Когда-то мы обсуждали, как нам поддерживать наши отношения на расстоянии. А сейчас получается, что и поддерживать больше нечего.
– Я решил взять еще допы и походить к репетитору до мая.
– Это правильно, – киваю я.
– А у тебя как с поступлением?
– Нужно подтянуть рисунок. Влад помогает мне. У него есть знакомый художник, я показывала ему свои работы. Он сказал, что я отлично владею формой, понимаю законы перспективы, а вот с основами анатомии нужно еще поработать…
Кирилл слушает меня, не перебивая. А потом вдруг задает вопрос, который никак не связан с нашим обучением:
– Лола, ты теперь всегда будешь меня ненавидеть?
Вопрос неожиданный, но вполне логичный. Я и сама уже не раз задумывалась над ним.
