Проверка неожиданно затянулась. Валька бессильно царапал простынь, заходясь в беззвучном крике, умоляя: давай же, давай! И когда страсть взорвалась тысячей солнц, умер, чтобы через кратчайшую вечность вновь возродиться в том же теле, на той же кровати, в той же вселенной, но совсем-совсем другим.
— Ох, и омут! — Серый сытым зверем вытянулся рядом. — Чёрт на чёрте и чертом погоняет!
Валька покраснел: это комплимент или намёк, что ему следовало бы вести себя целомудреннее?
— Люблю тебя, — разрешил сомнения Серый, прижимаясь губами к Валькиному виску.
— Я тебя тоже. Крепче жизни.
— Ну, это мы проверять не будем, согласен?
— Согласен.
— В секции вроде бы притихли: пойдёшь в душевую?
— А ты?
— А потом я.
— А потом?
— Накатим по чайку и повторим. Пару раз, м? Надо же мне перезнакомиться со всей твоей нечистью.
========== Глава девятая, в которой боги громко смеются ==========
Двенадцать месяцев в году,
Считай иль не считай.
Но самый радостный в году
Веселый месяц май.
«Робин Гуд и шериф» (перевод С.Я. Маршака)
«207: Invalid floating point operation» сообщил Турбо Паскаль.
— Где?! Ёшкин ты кот, где у тебя инвалид?
Красное окошко с сообщением об ошибке осталось равнодушным к воплю горе-программиста.
— Последняя задача, ё-моё, последняя! Ну что тебе не нравится?
Нет ответа.
— Чаю, мне надо чаю, — пробормотал Валька, выбираясь из кресла. — Пока ум за разум окончательно не зашёл.
Из секции донеслись невнятные звуки разговора, дверь в комнату открылась, и диалог стал разборчивым.
— Олежа, ты хочешь из меня Акелу раньше срока сделать?
— Говорю тебе, это как на велике кататься: раз научился, то не забудешь. И вообще, ты что, трус?
Разувшись, соседи вошли.
— Привет, Валюха.
— Привет, Захаров, — и уже отвечая другу: — Да, трус. Заячья душонка, которая даже в двенадцать лет не велась на «Слабо?».
Олег упрямо выдвинул нижнюю челюсть.
— Валёк.
Валька насторожился: что же там такое случилось, отчего Воеводе посреди спора понадобилось его мнение?
— У тебя на майские планы есть?
— Нету.
— Хотел бы на природу выбраться с ночёвкой? Палатка, костёр, рыбалка — всё включено.
— Ты забыл добавить древнюю «ниву» с собой в качестве водителя, — едко дополнил рекламу Серый.
— Э-э, — последнее обстоятельство действительно смущало. Валька задумался. — Серёж, а ты водить умеешь?
— Я? Умею. Немного.
Вот и отлично, можно больше не сомневаться: — Тогда я бы поехал.
— За-ши-бись, — вместо того, чтобы обрадоваться, почему-то обиделся Олег. — То есть без Серёгиной подстраховки я тебя не устраиваю?
— Ну-у, — дипломатия, дипломатия и ещё раз дипломатия. — Просто так надёжнее.
Воевода оскорблённо сложил руки на груди, собираясь высказать всё, что думает о Вальках-недоверяющих, но тут заговорил Серый.
— На четверых будут нужны две палатки, пенки, спальники, котелок, большая фляга под питьевую воду, фонарики, лопата. Хорошо, если и топор найдётся. Запомнишь, или мне лучше записать?
— Запомню, не первый год замужем. Удочки, гитара?
— Опционально, особенно последнее. По поводу машины я сам с дядь-Витей поговорю, продукты тоже на мне. Ты Настасью-то в известность поставил?
— Пока нет. Да она согласится, смысл заранее спрашивать?
— В таком случае, начни с разговора со своей девушкой, а потом уже занимайся поиском инвентаря.
— Устроим приключение, — Олег предвкушающе потёр ладони. — Давненько мы ничего не мутили.
— К счастью.
— Серый, ты пессимист.
— Я реалист, у которого лучший друг — с шилом в заднице. Между прочим, сегодня по календарю двадцать девятое.
— Намёк понял, — Воевода устремился к выходу. — Валюха, несмотря на нелепые сомнения, объявляю тебе благодарность. Грамота и фото на доске почёта будут позже, — обещание прилетело уже из секции.
— Зря согласился, да? — спросил Валька, когда они с Серым остались вдвоём.
— Нет, почему? Тебе же хочется.
— А тебе?
— И мне теперь, — Серый притянул Вальку к себе. Легонько дунул в глаза, заставляя смешно наморщиться. — Всё в порядке, не заморачивайся по пустякам.
«Получается, я для него теперь важнее друга?» — да нет, вряд ли. Наверняка и без Вальки он бы поворчал-поворчал, а потом согласился. Но сам по себе эпизод всё равно приятно согревал.
Первого мая, в девять утра у входа в общежитие стояла зелёная «нива», а рядом с ней на асфальте громоздились тюки разных размеров, готовые к немедленной погрузке. В самый последний момент выяснилось, что палатку Олег раздобыл всего одну, а значит половину компании ожидал сон под открытым небом.
— Уступим комфортабельные условия женщинам и котам? — непонятно спросил Воевода у Серого товарища.
— Можно так, а можете с Настасьей под крышей ночевать. Спальники хорошие, мы с Захаровым нормально перекантуемся.
— Ладно, я подумаю. Блин, ну где эта царевна-Лебедь? Уговор же на девять был.
Фраза оказала волшебный эффект: на крыльце показалась опаздывающая Настя.
— Всем привет!
— Привет, радость моя, — Олег без капли стеснения наградил девушку звонким поцелуем. — Готова?
— Да. А кто поведёт?
Трое парней переглянулись.
— А я-то голову ломаю, отчего она так быстро согласилась, — в пространство заметил Серый. — Олежа поведёт.
