Сергей уже почти наяву ощущал, как под ступнями то и дело обнаруживаются продолговатые бугорки, как он нагибается, шарит рукой в склизком иле и выуживает из воды ракушки — одну крупнее другой...
Стоп! А ведь, похоже, это не игра воображения: он и в самом деле ступает словно по россыпи окатышей! Старпом остановился, ощупывая пальцами ног твердую округлость с заостренными краями. Так и есть: беззубка! А вот рядом еще одна! И еще!.. Из горла исторгся радостный возглас:
— Нашел! Сюда!
Рука уже сунулась под воду, пальцы ворошили ил, хватали вожделенную добычу. Душа пела, сердце заходилось в радостном плясе. Пара секунд — и Сергей разогнулся: в пятерне мокро поблескивало целых три ракушки. А нога уже нащупывала еще...
— Эй, глядите! — крикнул он спутникам, спеша продемонстрировать улов.
Но те даже не обернулись, словно и не слышали.
— Вы что, оглохли?! Э-эй!
Никакой реакции. Леха продолжал грести, Юлька сидела на корме, сгорбившись над дневником. Лодка уже удалилась вперед метров на пятнадцать и, кажется, не собиралась останавливаться.
Сергей обомлело заморгал. Да что они, в самом деле?! Решили его игнорировать?
— Э-эй! Стойте! Леший, твою налево!..
Он припустил было следом, намереваясь догнать лодку и высказать спутникам всё, что о них думает, но...
Не успел сделать и трех шагов, как вдруг провалился в ил по колени, от неожиданности едва не плюхнувшись лицом вперед. Дернулся, чертыхаясь, попытался выбраться. И тут почувствовал, что погружается еще ниже. Ноги обволокло плотным склизким холодом, и любые попытки вырвать их из цепких объятий приводили лишь к тому, что Сергея затягивало еще глубже. Его обдало ужасом.
— Да что за херня?! — он дергался всем телом, шумно взбаламучивая вокруг себя воду, но всё бесполезно: липучий засасывающий холод уже охватил ноги до самых бедер. — Леший! Юлька! Ле-е-еши-ий!
Лодка уплывала всё дальше и теперь казалась совсем расплывчатой.
Не прошло и четверти минуты, а вода доходила Сергею уже до подмышек: речное дно, словно прожорливая тварь из кошмара, продолжало втягивать его в свою бездонную утробу, и теперь он вообще не мог шевелить ногами — только бессильно извивался верхней частью тела, колотил руками по воде и исступленно звал на помощь...
Но ни друг, ни сестра не обращали на его крики ни малейшего внимания. Да он их уже и не видел толком: лишь смутное зеленоватое пятно маячило где-то впереди. Перед глазами всё преломлялось и текло — то ли от слез, то ли от забрызганных стекол очков. Он бился и трепыхался, судорожно разевая рот, из которого вырывался уже не крик, а хриплое сипение. В мозгу клокотала одна-единственная мысль: неужели конец?
Вода уже плескалась у самого подбородка.
И тут ненасытная пасть словно сделала большой глоток — и Сергея резко утянуло вниз, под воду. В рот и в нос хлынуло, внутренности до боли перекрутило; он отчаянно пытался оттолкнуться руками от дна, чтобы вынырнуть на поверхность, глотнуть воздуха, но ладони утопали в вязком иле, не находя опоры. В груди кололо и давило, в висках бухало, а в голове тоненько звенело безнадежным рефреном: а как же Аня?.. Раздираемое конвульсиями сознание уже проваливалось в черную пустоту...
И в этот момент словно чья-то сильная рука схватила его за шкирку и разом выдернула на белый свет. В сознание тут же ворвалась боль: кто-то безжалостно охаживал его по щекам. Сергей застонал и попытался отбиться.
— Ожил! — раздалось над ухом. — Ну слава богу!
Он с трудом приоткрыл налитые тяжестью веки.
Над ним склонялись два лица — Лехино и Юлькино. Черты были расплывчатыми, словно подернутыми зыбью.
— Ну и напугал ты нас! — с радостным облегчением сообщил капитан, легонько пихнув его в бок.
Сергей закашлялся.
Он уже понял, что лежит на берегу возле самой воды. Под спиной ощущалась трава.
— Что... что произошло?.. — пробормотал он, не узнавая своего голоса.
— Это мы у тебя хотели спросить. Я гребу, гребу, слышу: Юлико вскрикнула. Обернулся, смотрю: ты на мелководье валяешься. Я даже не понял сперва ни фига — думал, ты отдохнуть прилег.
— Чего? — приподнялся старпом, силясь вникнуть в смысл слов. Мозг работал плохо.
— Ты сознание потерял, — пояснила Юлька. — Хорошо, что набок упал, головой к берегу, а то бы воды нахлебался.
— Так я же... Погодите... Меня же это... под воду утянуло... Мне что, всё привиделось, что ли?
— Ты о чем? — нахмурилась штурманша.
И Сергей, путаясь и запинаясь, рассказал о только что пережитом кошмаре.
Леха хмыкнул, встал и прошелся по мелководью.
— Дно как дно, — пожал он плечами. — Илистое малеха, но тут даже ребенка не засосет.
У старпома похолодел лоб.
— А ракушки?
— Да нет тут никаких ракушек...
— Как нет?
Сергей даже не поверил. Встал и, пошатываясь, зашел в воду. Побродил с полминуты туда-сюда, но кроме ила ничего под пальцами не ощутил.
— Да как же так? — он растерянно посмотрел на спутников.
— Неслабо тебя глюкануло, — покачал головой Леха. — Интересно, с чего бы такие спецэффекты? Ты, часом, ничего галлюциногенного не принимал втихаря?
— Да иди ты, — Сергей досадливо сморщил лицо. — Я сам понять не могу, что это было...
