Сергей слушал сбивчивый рассказ, и ему даже сделалось не по себе от жутких деталей, которые описывал товарищ.
— Ну а потом, когда ты Юльку из шлюпки выбросил, у меня как-то в глазах проясняться стало, вокруг всё опять посветлело, и бред этот долбаный рассеялся... Хотя... знаешь, я вот теперь думаю: если хрень эта зеленая мне не померещилась — так, может, и всё остальное не было глюками? А, как считаешь?
В горле у Сергея словно застряла колючая кость.
— Ты это к чему?.. — с трудом выдавил он. — Хочешь сказать... то, что ты видел... это был истинный облик Бобровки?.. — Старпом опасливо озирался по сторонам, оглядывая нависшие над берегом деревья. — Так, что ли?..
— Ну да, типа того... Может, на самом деле тут везде сплошная жуть, только мы ее не замечаем...
Сергея так и передернуло.
— Ну ты фантазер... — он попытался усмехнуться, но вышло неубедительно. Прокашлялся и добавил: — Надеюсь, это все-таки по большей части игра твоего кипучего воображения... Наверное, у нас и в самом деле галлюцинации начинаются от недоедания и усталости... Мне вот тоже кое-что привиделось... только совсем не жуткое, а наоборот... Как будто я домой вернулся, к Аньке...
И Сергей рассказал о посетившим его полчаса назад видении, которое казалось таким реальным...
— Я был уверен, что вся наша бобровская одиссея — просто дурной сон... — горестно проговорил он в заключение.
— Да-а... — неопределенно протянул Леха. — Одно радует: твои глюки всё ж таки гораздо приятнее, чем мои, — добавил он с угрюмой ухмылкой.
За разговором они не сразу заметили, что вокруг как-то опять посмурнело. Глянули на небо: оно было почти сплошь затянуто облаками.
— И когда успело нанести? — растерянно пожал плечами Сергей. — Ведь почти безоблачно было...
— Погодь... — Леха остановился, кинул на друга тревожный взгляд. — Уж не переместились ли мы снова, а?
Старпом поморгал, еще раз оглядел небосвод.
— Слушай, а похоже... Пасмурно, как и до этого было... Может, мы опять в тот же день вернулись? Ну, во вчерашний.
— Это было бы оптимально! — взволнованно отозвался Леха. — Тогда, если Юлька сейчас где-то выше по течению, мы же покричать ей можем! — Он тут же приставил ладонь ко рту и воззвал во всю мощь легких: — Ю-ли-ко-о-о-о!
Прислушались. Отклика не последовало. Леха повторил призыв — тот же результат.
— Наверно, еще далеко, — попытался успокоить сам себя капитан, хотя по неровному голосу и порывистым движениям было видно, что он сильно переживает.
Они поспешили дальше. Чуть ли не через каждые пять минут Леха возобновлял попытки докричаться до пропавшей возлюбленной, но ответом по-прежнему была тишина...
Но вот он в очередной раз напряженно вгляделся в даль — и вдруг вскрикнул, бросил лодку и стремглав кинулся вперед, вспенивая воду.
— Леший, ты чего?..
Но тот даже не обернулся.
Сергей схватился за фалинь и заторопился следом, таща за собой лодку. Что там такого Леха узрел? Неужели Юльку?..
Словно в подтверждение этой жуткой постмодернистской догадки, раздался сдавленный Лехин крик:
— Юля!.. Юлечка!..
Мучительно щурясь, Сергей разглядел, что капитан остановился посреди речки, по пояс в воде, склонился и пытается что-то сделать. Старпом чертыхнулся и наддал ходу.
Когда он подбежал, Леха уже выволок на берег синевато-бледную бездыханную Юльку. Уложил на траву, припал к груди.
— Серега, она не дышит! И сердце, кажись, не бьется! — капитан кинул на друга взгляд, полный безысходного отчаяния.
Но Сергей словно впал в оцепенение: стоял как деревянный болван и глядел на мраморно-серое лицо сестры...
Леха понял, что толку от товарища никакого, и, яростно простонав, принялся неумело делать Юльке искусственное дыхание.
Только тут старпом очнулся.
— Нос ей зажми... — уронил он охрипшим голосом.
Леха тут же исправил оплошность. Сергей втащил лодку на берег и опустился рядом с другом на колени...
Долго они силились вернуть Юльку к жизни. Один нагнетал в легкие воздух, другой, упершись руками в грудную клетку, ритмичными толчками пытался заставить биться остановившееся сердце.
— Ну давай, давай, родная!.. — словно заклинание, бормотал Леха в перерывах между выдохами. — Дыши, Юль, дыши!.. Ну пожалуйста!..
В какой-то миг он даже отпихнул Сергея и сам принялся торопливо делать массаж сердца, чередуя его с искусственным дыханием.
Тщетно. Утопленница не подавала ни малейших признаков жизни.
