Они жаждут полностью

Палатазин быстро включил зажигание, завел машину, резким поворотом руля развернул ее и последовал за Бенфилдом. В зеркальце заднего вида он видел фары машины Цейтговеля, идущей примерно в 50 ярдах позади. Серый «фольксваген» свернул на Западную авеню, и Палатазин понял, что этот человек направляется прямо в Голливуд. Пульс у него болезненно участился, ладони, сжимавшие руль, стали влажными. Он старался не приближаться к преследуемой машине слишком близко, не включал фары, чтобы Бенфилд не заметил хвоста. Через несколько минут «фольксваген» повернул на Голливудский бульвар, все еще полыхавший неоном баров, дискотек, массажных салонов и порнографических книжных магазинов. На бульваре было достаточно много машин, поэтому Палатазин включил фары и прибавил скорость. Он держался на дистанции в несколько машин от «фольксвагена» Бенфилда. Девушки на тротуарах в узких брюках, коротких юбках, облегающих футболках делали зазывные жесты, пальцами указывая цену. Большинство девушек, приехавших в Лос-Анджелес в надежде стать кинозвездами, были очень симпатичными. Возможно, пару раз им удалось позировать фотографам или им дали какую-то эпизодическую роль в фильме, но теперь по какой-либо причине удача их покинула. Они стали отверженными, измятыми салфетками, которыми пользовались режиссер, продюсер, дискотечный «король», а потом отбросили вместе с прочим мусором в корзину. Все они были потенциальными жертвами Таракана.

Впереди под огромным красным «X», рекомендовавшим посетить порнокинотеатр, «фольксваген» сделал поворот. Автомобиль направился к обочине.

Голову его наполнял повелительный голос Хозяина, поэтому нужно было поспешить. Он миновал нескольких девушек, старавшихся соблазнить его. Сегодня он искал ее. Их было столько на любой вкус, самый большой кондитерский магазин в мире — все цвета, все размеры. У него уже произошла эрекция, но он знал, что не достигнет оргазма, пока не прижмет к ее лицу пропитанную химикалиями тряпку.

Он увидел ее, она стояла под красным «X». Голливудский кинотеатр для взрослых. Лицо ее больше походило на лицо маленькой девочки, а не женщины. Чувственно выступающие вперед губы на фоне длинных волнистых волос платинового цвета. Розовое платье, розовые чулки. И, что лучше всего, она не была такая тощая, как многие остальные. Что-то в выражении ее рта и глаз напоминало ему Бев. Конечно, в той или иной степени так казалось ему и раньше, но именно эта… да, это была Бев! Она в самом деле была Бев! Ему уже столько раз казалось, что он нашел ее, что она пожалеет, что бросила его, и вернется, и каждый раз он убеждался, что его снова провели. И поэтому он продолжал убивать злых, нехороших женщин, которые смеялись над ним за его спиной — да, да! — они помогали Бев прятаться.

Но это была она — он в этом был сейчас уверен. О, Хозяин будет так доволен — ведь он нашел свою Бев!

На глаза его навернулись слезы, он подвел свой «жук» к обочине, затормозил, подозвал взмахом руки девушку. Она посмотрела по сторонам, надеясь, что ей подвернется что-нибудь получше малопрестижного автомобильчика, потом подошла к «фольксвагену», вглядываясь в сидящего за рулем мужчину с темными тяжелыми веками и темными глазами.

— Меньше, чем за 75, не пойду, — сказала она равнодушно тонким голосом. Раньше она строила планы войти в труппу сопроводительного вокала для какого-нибудь певца, вроде Боба Сегера. Но в этом городе на сцену не пробьешься.

— Пятьдесят, — сказал Таракан. Он начал вытаскивать бумажник.

— Ты что, насчет быстренького договариваешься или как?

— Ага, быстренького?

— Работа для губ?

Вид у него, конечно, отвратительный, но 50 зелененьких! И она сможет купить те туфли, которые присмотрела на Бродвее. В машине стоял какой-то странный запах. Алкоголь? Лосьон для бритья? Но запах пропал — его донесло лишь случайным порывом ветра. В самом деле, какого черта! Она скользнула в машину.

— Меня зовут Вики, — сказала она и игриво сжала бедро мужчины.

Он улыбнулся, вливаясь обратно в поток движущихся автомобилей.

— Я знаю твое имя. Ты меня не проведешь.

— Что? — пробормотала Ким. «Боже, кажется, это какой-то ненормальный, — подумала она. — А может, это Таракан?» От этой мысли ее пробрала ледяная дрожь, но она отбросила ее. Слишком этот парень маленький, только руки здоровенные. Перец у него, наверное, совсем как стручок. От этой мысли она захихикала.

— Над чем это ты смеешься? — резко спросил он.

— О-о-о! — сказала Ким голосом маленькой девочки. — Только не откусывайте малышке договку, дорогуша. Почему бы тебе не свернуть вон туда, миленький? Там твоя малышка даст тебе все, что тебе нужно.

— Ладно, — сказал он. — Отлично.

Он повернул с бульвара, но проехал через всю боковую улицу, оказавшись на авеню Франклина.

— Эй, куда ты меня везешь?

— Увидишь, — ответил он, пересекая авеню и направляясь на север, к Юкка-стрит. — Ты только сиди тихо и увидишь.

— Останови машину! — вдруг потребовала она. — Я хочу выйти!

— Нет, не выйдет. Ты сбежишь. Я долго искал тебя, очень долго. И теперь, Бев, я не позволю тебе сбежать.