С тех пор, как я заметил, что деревья и облака легко отражаются в воде, я много раз пытался использовать тот же принцип, чтобы приблизиться к пониманию того, кто я на самом деле. Я вглядывался в потоки ручьев и рек, в пруды и мутные лужи, сморщенные ветром, но всякий раз видел что-то иное. Эти формы, эти переменчивые формы, кажущиеся неким множественным проявлением моего существования, никогда не повторяются, и я сомневаюсь, что смогу вспомнить всё, что мне удалось увидеть. Возможно, когда-то я и помнил, давным-давно. В те времена я постоянно думал об этих отражениях, так как верил, что они содержат некое предназначенное мне скрытое послание – тайное знание обо мне. Но это осталось в прошлом. Теперь ко мне возвращаются лишь случайные образы, изредка всплывающие на поверхность эфемерной материи воспоминаний, сотканных из времени, потраченного моим сознанием. Конечно, я могу вызвать их в любой момент. Достаточно приложить немного усилий. Однако я не могу никак повлиять на то, что всплывает. Эти образы живут своей жизнью, и каждый из них, сам по себе, без участия моего мыслетела, преобразуется в нечто, что в равной степени может быть и воспоминанием, и плодом воображения. Поэтому, несмотря на все старания и искреннее желание, я не могу избавиться от неприятного ощущения, будто постоянно отдаляюсь от возможности понять самого себя. Несомненно, я что-то упускаю, я это знаю, но у меня нет даже догадок, что это может быть.
Ради эксперимента я вновь смотрю вглубь себя и снова убеждаюсь в этом.
Я вижу густой пучок тонких конечностей, сходящихся в точке, лишенной материи и цвета.
Я вижу удлиненный прозрачный панцирь, наполненный маленькими, хаотично движущимися формами.
Я вижу несколько угловатых теней, которые образуют удивительное, незаконченное геометрическое тело, продолжением которого, по-видимому, являюсь я сам – недостающий, невидимый, но все же присутствующий и наблюдающий элемент.
И ничего. Все то же самое. По-прежнему это ничем мне не помогает, не дает подсказок, ничего не объясняет. Я только лишний раз убеждаюсь, что разгадка тайны моей природы и ключ к выяснению обстоятельств, при которых я оказался здесь, скрыты скорее в тех модулях памяти, которые не поддаются никаким трансформациям. Потому что я хорошо помню, как прирос к этому миру, хотя понятия не имею, почему так случилось. В тот момент с легким стуком времени мое расшатанное сознание стало сгущаться в изломах шероховатой коры, на дереве, высоко над землей. Это продолжалось бесконечно. Я питался солнечным светом, в твердеющем дне мысли медленно проступала колея, пока однажды мое мыслетело не обособилось в отдельном существе, которое с легкостью оторвалось от дерева и полетело с ветром. Это все, что я знаю точно.
Что-то еще?
После встреч с местными существами я быстро понял, что вызываю страх, потому что не похож ни на что из того, что можно увидеть здесь. Этот опыт сделал меня более осторожным, но никоим образом не умалил моего любопытства. Впрочем, я вряд ли сумел бы его сдержать, даже если бы захотел, потому что здесь живут существа, которые вызывают у меня восхищение.
Я обнаружил их существование, наблюдая, как стая из девяти мохнатых и четвероногих зубастиков охотится на одно огромное существо, тоже передвигающееся на четырех конечностях. Этот здоровяк имел массивное телосложение и густую шерсть. Сильными ударами он отбрасывал зубастиков в стороны. Время от времени вставал на задние лапы и оглушительно ревел. Но было видно, что у него нет шансов в схватке со стаей, потому что он хромал, обильно истекал кровью и быстро терял силы. Он храбро сражался, но было очевидно, что ему конец. Это был вопрос времени. Я наблюдал за ними. Мне было интересно, чем всё закончится, хотя, конечно, знал, к чему приводят подобные ситуации – в итоге кто-то кого-то непременно сожрет. Этот момент неумолимо приближался. Хищники загнали существо под каменную стену и отрезали ему путь к отступлению. Они приблизились к нему вплотную, явно готовясь к групповому нападению, чтобы окончательно добить жертву. Но тут произошло нечто странное.
