Ониксовый Шторм полностью

И он не хочет этого. Моя грудь сжимается.

– Ксейден…

– Не жди, – он целует внутреннюю сторону моего запястья, а затем направляется к Гаррику. – Я вернусь к восьми утра, чтобы подписать соглашение, – говорит он через плечо. – Постарайся не попадать в неприятности, пока меня не будет.

– Будь осторожен, – он герцог Тиррендора. Это гораздо важнее, чем то, что я чувствую к нему сейчас. От него зависит целая провинция.

Мне нужно найти лекарство, а это значит спасти альянс сегодня…

Даже если это означает, что к утру я стану предательницей.

Если я предстану перед военным трибуналом за то, что помогала Брэкстину защищать свой народ, то я буду приветствовать этот процесс. Все, кто транслирует от дракона и грифона, должны процветать под чарами, и теперь Ареция станет тем убежищем, если кто-то из остальных когда-нибудь вернется.

– Дневник Лиры из Моррейна, перевод кадета Есинии Нейлварт

– Я хочу быть в поисковом отряде, – шепчет мне Ридок, когда мы пересекаем закрытый мост, ведущий в квадрант целителей, и мое сердце странно замирает, учитывая то, что нам предстоит сделать.

– Повторяю в последний раз: никакого поискового отряда нет, – шипит на него Ри, когда колокола возвещают о наступлении полуночи, заглушая звук ржавых петель, когда Имоджен открывает перед нами дверь. – С Вайолет отправляется очень маленькая и очень опытная группа, чтобы найти род Андарны.

– По-моему, это очень похоже на поисковый отряд. Учитывая недавнее повышение Риорсона, он должен быть в состоянии потягаться с Грейди, верно? – Ридок проверяет кинжалы в ножнах на правом боку, словно боится, что мог упустить один. Надеюсь, они нам не понадобятся. – Что мы все думаем?

– Думаю, тебе стоит заткнуться, пока нас не поймали и не убили, – говорит Имоджен через плечо, входя в освещенный магическими огнями туннель.

Ридок закатывает глаза и смотрит в мою сторону, когда мы пересекаем квадрант Целителей.

– Все равно звучит как поисковой отряд.

– Если бы у меня был выбор, я бы взяла тебя, – обещаю я, захлопывая дверь, как только мы все оказываемся внутри.

Туннель пуст – все лежанки были убраны после вчерашнего утреннего нападения, которое, кажется, было десятилетие назад. Мы находим самый темный участок между огнями и прислоняемся к стене, как раз в стороне от дверей лазарета.

– Теперь будем ждать, – бормочет Ри, барабаня кончиками пальцев по сложенным рукам.

Вскоре мы замечаем Боди и Квинн, которые направляются к нам с противоположной стороны, а Марен идет следом за ними, на ее лице вырисовываются вмятины от подушки.

– Ты готова к этому? – спрашивает меня Боди, не повышая голоса, пока идет к нам. – Ты действительно хочешь это сделать?

– Никаких сомнений, – заверяю я его, поднимая подбородок. – Чего бы это ни стоило.

Он кивает и окидывает взглядом нашу группу.

– Все знают свои задачи?

– Я нет, – шепчет Марен, глядя на нас так, будто мы сошли с ума. – Это что, какой-то ритуал дедовщины?

– Лучше тебе не знать, пока ты нам не понадобишься, – я достаю из левого кармана пузырек с концентрированной фиолетовой настойкой корня валерианы. – Для твоей же безопасности и правдоподобного отрицания ты должна нам доверять. Пока что оставайся здесь с Имоджен.

Марен смотрит на каждого из нас, словно решая, а затем кивает.

– Тогда идём, – Боди жестом показывает в сторону лазарета, и я иду впереди.

Боги, надеюсь, я все продумала. Если хоть что-то пойдет не так, нам конец.

Мы впятером подходим к дверям лазарета, и я легонько стучу четыре раза. Пожалуйста, будь здесь.

– Напомни мне, откуда ты знаешь этого парня? – шепчет Боди.

– Я спасла ему жизнь во время ориентирования в прошлом году, – отвечаю я, а затем задерживаю дыхание, когда правая дверь бесшумно открывается.

Дайер высовывает голову, его карие глаза улыбаются.

– Я сделал все, о чем ты просила. Заходите, – он открывает дверь, и мы все проскальзываем внутрь как можно тише.

– Спасибо, что быстро взял дополнительную смену и помог нам, – я протягиваю ему пузырек. – Вот еще одна доза на случай, если она тебе понадобится. Остальные целители должны спать, пока мы не вернем его обратно.

– Понял, – он берет флакон. – Но ты же знаешь, что я ничего не смогу сделать, если кто-то выйдет из реанимационной палаты.

– Это риск, на который мы должны пойти, – мы оставляем его караулить у двери и молча идем по ряду к отсеку Сойера, магические светильники отбрасывают множество теней, когда мы проходим мимо спящих раненых.

Сойер сидит прямо, но не произносит ни слова, когда мы вваливаемся в его ярко освещенный отсек, только поднимает брови и кладет перо и пергамент на прикроватную тумбочку.

Боди закрывает шторы и выбрасывает линию голубой энергии, которая заключает нас в пузырь.