Ониксовый шторм полностью

Ближайший гвардеец – выше меня на голову и тяжелее килограммов на двадцать, – если судить по шрамам на его руках, в боях бывал не раз. Но он не Ксейден. Я бросилась в бой раньше, чем он встал в боевую стойку, и уступила управление телом мышечной памяти: первый кинжал вошел глубоко в бедро гвардейца, после чего я пригнулась под размахом его длинного копья. Эти воины обучены не для ближнего боя – в отличие от меня.

Гвардеец промахнулся, вонзив копье в стол, разбив бокал и предоставив мне шанс с сожалением перерезать ему связки под коленом. Это совершенно не убивает, хотя выводит из строя надолго.

Он взревел, пошатнулся и боком свалился с помоста, но не успела я выпрямиться, как в затылке расцвела боль: меня дернули назад… за мою же проклятую косу.

Меня крепко прижали грудью к окровавленной тарелке между нашими рюкзаками, и я чуть не напоролась лицом на осколок бокала.

– Твои драконы кричат перед тем, как умереть, огненосец? – прошипела мне в ухо стражница. – Они мучаются после твоей смерти или подыхают мгновенно?

Во мне вспыхнул гнев и прокатился по всему телу потоком расплавленной ярости.

– Твое невежество потрясает.

Хвала богам за мою гибкость: я размахнулась и с силой ударила стражницу левой рукой в локтевой сгиб. Она закричала и выпрямилась, и тогда я уперлась ладонью в стол и оттолкнулась назад, врезавшись затылком ей в лицо. Хрустнула кость, я обернулась – только чтобы встретить скулой чужой локоть. Теперь уже из моего носа хлынула кровь, зазвенело в ушах, я упала на стол, пытаясь проморгаться от искр в глазах, а чья-то рука сжала мне горло.

– Вайолет! – вскрикнул Ксейден.

Я рубанула кинжалом по руке врага и вскинула колено в атаке, которой гордилась бы и Мира. Мужчина рухнул, и я закашлялась в попытке продышаться, когда вдруг помост содрогнулся.

Я подняла кинжал навстречу великану справа от меня, но рукоятка меча Ксейдена нашла его висок раньше. Тот рухнул как подкошенный, и Ксейден спихнул его ногой на землю.

«Довольно», – объявил Тэйрн.

«Она держится, – возразила Андарна. – А. Нет. Возможно, теперь их многовато».

– Хватит играть, покончите с ними! Только так можно убить их драконов! – крикнул позади нас Кортлин.

Ксейден протянул свободную руку, взял меня за подбородок и осмотрел мое лицо в голубом свете сфер, в то время как позади Кортлина на помост вскочили еще гвардейцев десять. Я потратила пару драгоценных секунд, чтобы убедиться, что Холанд еще жив. Он лежал на полу – грудь приподнималась и опускалась, глаза закрыты; возможно, без сознания, но крови я не видела.

– Ксейден, сзади, – предупредила я, пока он изучал мою рану.

Когда он не ответил, я подняла глаза… и у меня екнуло сердце.

Я уже видела его в бою, видела, как его охватывает ледяная ярость, смертоносное спокойствие. Была свидетельницей преображения человека в оружие, знала, как стратегия перекрывает сострадание – для чего нас и готовили.

Но это… Шторма, который бушевал в ониксовых глазах, я еще не видела никогда. Это на шаг дальше ярости, словно в него вошла сама Данн и теперь смотрела на меня вместо него. Это был Ксейден – и не он.

– Ксейден? – шепнула я. – Это ерунда. Правда. На поединках и то было хуже.

– Им всем, сука, конец.

От его обещания у меня волосы встали дыбом, и тут все гвардейцы бросились к нам одновременно – очевидно, усвоив первый урок.

Двое против… двенадцати. Блядь.

Я вздрогнула и потянулась за оружием, но Ксейден обхватил меня за талию и прижал к груди. Он ударил по столу мечом и, к моему полнейшему изумлению, мягко поцеловал меня в лоб, когда топор…

Глухо лязгнул металл. Топор упал на пол.

Вокруг послышались крики, и я, вскинув голову, увидела, как Ксейден поворачивает вытянутую руку. Последовал узнаваемый хруст костей, и все гвардейцы вокруг посыпались на пол с головами, вывернутыми под неестественным углом.

Еле заметные тени развеялись, полоса у моей талии пропала со знакомой лаской.

Нет, нет, нет.

Опустилась тишина – еще тяжелее липкого влажного воздуха, – и мое сердце заныло, требуя любого другого ответа, кроме того, который уже знал мой мозг, ведь существовало лишь одно логичное объяснение тому, что сейчас случилось, – хотя и оно было невозможно, ведь здесь не было магии.

Тэйрн на другой стороне связи словно ощетинился, а Андарна содрогнулась. Я чувствовала их обоих ближе, чем должна бы. Но с Ксейденом связи так и не было.

– Т-т-ты… – пролепетал Кортлин. – Что ты сделал?

Я с трудом обвела взглядом стену шуршащих пальм слева, разбросанные тела деверелльских солдат, радостно рыскающих среди них пантер, перевела взгляд вправо… Все то же самое, что и было там раньше.

Он убил всю дюжину.

Кинжал вернулся в мои ножны только благодаря мышечной памяти.