Странно.
«Нам нужно какое-то уединенное место», – знаками показал Ридок.
Ри нахмурилась.
«Что происходит?» – спросила она.
«Пожалуйста», – взмолился Ридок.
Есиния кивнула и увела нас в одну из уединенных, лишенных окон учебных комнат Архивов.
Мы с Сойером вошли внутрь первыми, остальные последовали за нами.
– Я знаю, что Слизег не Тэйрн, – прошептала я ему на ухо, направляясь к столу в центре комнаты. – И я знаю, как сложно делать что-то иначе, особенно в окружении, которое требует совершенства и однообразия.
– Окружении, которое создает совершенство и однообразие, – ответил Сойер, покосившись через стол на Ри, которая вновь пыталась выведать у Ридока, зачем он нас собрал.
О, теперь я поняла.
– Для меня летать
– Думаю, я смогу удержаться в седле, – тихо признал он. – По большей части там нужно работать бедрами. Меня пугает перспектива подъема на дракона.
– Я могу как-то тебе помочь? – спросила я.
Есиния выглянула наружу, словно бы проверяя, не следит ли кто за нами, затем закрыла дверь.
Сойер покачал головой:
– Я работал над разбегом и внес в протез кое-какие корректировки для подъема. Мне просто нужно сделать все правильно, убедиться, что он работает как нужно, прежде чем я позволю себе надежду.
Он покосился на Ри.
– Ты никогда не сможешь ее разочаровать, – поспешно выдохнула я, пока Есиния поворачивалась к нам.
– Нашу подругу? Никогда. Нашего командира отряда? – Сойер скорчил гримасу.
«Вас не должно здесь быть, – знаками показала Есиния, – так что давайте побыстрее разберемся с этим, пока вас отсюда не вышвырнули».
Ридок откинулся на спинку стула и уставился на меня.
«Что происходит?» – поинтересовалась Ри, переводя взгляд с меня на него и обратно.
«Скажи им, – поторопил Ридок, – или я скажу».
Я вздохнула. Нет никакого смысла нервничать. Я или доверяла моим друзьям, или нет.
«Ксейден медленно превращается в вэйнителя», – призналась я.
У Ри округлились глаза. Она подалась вперед:
– Рассказывай.
Я висела в воздухе, невидимая рука держала меня за горло, в отдалении сверкали молнии. В моих венах пульсировал страх, но чем сильнее я боролась, тем крепче сжималась хватка на моем горле и тем тяжелее становилось дышать.
– Прекрати бороться, – велел мудрец. – Перестань противиться мне.
«Ты мертв. Это все нереально», – мысленно произнесла я, когда губы отказались преобразовать мои мысли в слова.
Это был всего лишь кошмар. Очень реалистичный жуткий кошмар.
Силы оставили меня, и я рухнула перед вэйнителем на колени, больно ударившись и захлебнувшись раскаленным воздухом.
Где-то закричала Андарна, криком, полным ярости и боли, и я резко повернула голову к… буре. Язык синего пламени лизал склон холма, дотягиваясь до крепостных стен Дрейтуса и пожирая оказавшихся на его пути мирных жителей.
– Сколько эмоций, – цокнул языком мудрец, присаживаясь передо мной. – Но не беспокойся. Со временем они угаснут.
– Да пошел ты! – Я рванулась было вперед, но невидимая сила вновь опустила меня на колени.
– Я позволю тебе помочь ей… в этот раз, – произнес мудрец, закатывая рукава мантии и обнажая загорелые руки. – Просто покорись мне. Приди ко мне. Прими свое предназначение, и ты обретешь свободу, о которой не смела и мечтать.
– А если нет? – спросила я, решив подыграть ему.
– Тогда ты узнаешь, что у меня есть способы заставить тебя повиноваться.
Мудрец достал из своих одежд меч, и следующая вспышка молнии отразилась в украшающих верхушку рукояти изумрудах.
Мои серебряные волосы развевал ветер, а меч Тиррендора устремился к моей груди.
«Просыпайся!»
Я попыталась закричать, но тело отказывалось подчиняться…
Я распахнула глаза и резко вскинула потные руки. Снаружи сверкнула молния. Мое сердце бешено колотилось. Я откинула одеяло и провела пальцами по животу.
– Ну, разумеется, никакого пореза нет, дурочка, – пробормотала я.
Это всего лишь долбаный сон. Очень реалистичный, но все-таки сон.
