Ониксовый шторм полностью

– Он не может.

Мудрец улыбается шире и вскидывает костлявую руку. Ксейден взмывает в воздух и вцепляется пальцами в горло.

– Просыпайся! – кричу я Ксейдену.

– Я уже сказал тебе: он не может. А я-то надеялся, что ты быстро учишься. Какое разочарование, – насмешливым тоном произносит мудрец, затем, прищурившись, словно змея, смотрит на Ксейдена. – Ты потерял то, что мне было нужно. Но ты приведешь ее ко мне, – требовательно говорит он.

– Никогда, – хрипит Ксейден, пытаясь достать ногами до земли.

– Не волнуйся, – с кривой ухмылкой говорит мудрец. – Я буду более милосердным учителем, чем Теофания.

Мое тело сковывает страх, и я тянусь к силе… Стоп. Это всего лишь сон. Это не по-настоящему. Ксейден не задыхается. Он прекрасно дышит рядом со мной в постели. Мне нужно проснуться, но это случается только тогда, когда мудрец наносит удар. Когда его меч опускается на меня…

Боль. Мне нужна боль. Я тянусь к бедру, но там ничего нет.

– Я устал ждать, – рычит мудрец. – Устал играть в эту маленькую игру. Может, вы и зарядили свои охранные чары, но они вас не спасут. Преимущество на нашей стороне. И если ты ее не приведешь, она сама ко мне придет. – Он стискивает кулак, и Ксейден замирает. – Все просто, сноходица. Или ты приходишь, или она умрет.

Кто она?

Я напоминаю себе, что это сон. И будь он моим, я была бы вооружена.

Проведя рукой по бедру еще раз, я натыкаюсь на рукоять кинжала. Прежде чем я успеваю переосмыслить свой план, я выдергиваю его из ножен.

Мудрец замечает мое движение, его глаза округляются, но я уже замахиваюсь. Лезвие вонзается в мою руку…

Я подскочила в кровати, хватая ртом воздух, и принялась яростно тереть глаза, чтобы развеять туман кошмара. За окном спальни медленно занимался рассвет.

Ксейден.

Он корчился в постели рядом со мной. Голова откинута назад от боли, рот беззвучно раскрывался, словно ему не хватало воздуха.

– Проснись! – Я положила обе руки ему на грудь и потянулась к нему и телом, и разумом. – «Ксейден! Проснись!»

Его глаза резко распахнулись, он вздрогнул и тут же обмяк. Мои пальцы ощущали, как бешено колотится его сердце.

– Это был всего лишь сон. – Я встала на колени рядом с ним, затем убрала волосы с его липкого лба. – Мы в Аретии. В твоей комнате. Здесь только мы с тобой.

Ксейден несколько раз моргнул, затем тихонько выдохнул.

– Кажется, этот сон был гораздо лучше. – Его рука скользнула по моему бедру, он взглянул на меня, и его сердцебиение замедлилось. – Там была ты.

– Да, – кивнула я, проводя пальцем по шраму над его сердцем.

– Я видел, как ты вытащила кинжал. Я знал, что ты там. Раньше такого не случалось. – Он сел и потянулся ко мне.

– Я… – Как бы это объяснить? – Знаешь, я не в первый раз осознаю, что это сон. Но сегодня я впервые поняла, что нахожусь в чужом сне. И как только я это поняла, я тут же стала сама собой, отдельной от тебя. – Я нахмурилась. – Просто не знаю как.

– Кажется, ты разобралась во всем довольно быстро. – Ксейден внимательно рассматривал мое лицо.

– Я не должна была оказаться у тебя во сне. – Мой голос понизился до шепота. – Ведь Андарна улетела.

Ксейден поглаживал пальцем верхнюю часть моего бедра:

– Может, сила и ушла, но способность осталась.

«Тэйрн?» – потянулась я к нему по связи.

«Я сталкивался с этим ровно столько же раз, сколько и ты», – хриплым от сна голосом ответил он.

Не шибко помог.

Прежде чем я смогла обдумать все как следует, кто-то изо всех сил заколотил в дверь.

Для хороших новостей было еще слишком рано.

– Похоже, что-то плохое.

– Согласен. – Ксейден откинул одеяла и в одних пижамных штанах направился к двери, а я пошла к шкафу. – Гаррик? Дерьмово выглядишь.

Что Гаррик забыл здесь в такой час?

Я схватила халат, накинула его поверх хлопковой ночной рубашки и поспешила к Ксейдену.

Он не шутил. Выглядел Гаррик дерьмово. С волос капала кровь, левый глаз быстро отекал от, по всей видимости, свежего удара. Вместо мечей за спиной у него красовался огромный щит, размер и вес которого просто устрашали.

– Мы были в патруле, когда она нас нашла. – Взгляд Гаррика метнулся в мою сторону, и мелькнувшая в его уцелевшем глазу жалость вызвала у меня тошноту. – Я оказался недостаточно силен. Или недостаточно быстр. Она сорвала нас с неба, как пару голубей в бурю.

– Кто? – спросил Ксейден, подхватив друга под руки, когда он пошатнулся.

– Их заклинательница молний, – ответил Гаррик. – Она отпустила меня, чтобы я передал сообщение.

Теофания.

– Мне? – спросил Ксейден, хмурясь.

– Вам обоим. – Гаррик собрался с силами, отступил на шаг и принялся отцеплять от спины щит. – Они достигли стен Дрейтуса. Она сказала, что, если этого недостаточно, у тебя есть пять часов, чтобы привести Боди и Вайолет, иначе она умрет.

Он посмотрел на меня.

«Или ты приходишь, или она умрет».

Разве не так сказал мудрец? Но зачем им Боди? И кого она могла…

Нет.

Я покачала головой, а желудок сжался в комок. Ириды ни за что не позволили бы ей заполучить Андарну, если она вообще еще была на Континенте.