Впереди нас взлетела и устремилась в нашу сторону виверна, и на какое-то мгновение я задумалась, не пригласила ли я Малека к самому нашему порогу.
Теофания была мавеном, я же – простым кадетом.
Она с мастерской точностью управляла бурями, мне же требовался проводник для моих молний.
Один раз она уже сшибла Тэйрна с неба.
Самое умное, что я могла сделать, – это сбежать в зону действия чар и спасти нас обоих – точнее, четверых, если считать Ксейдена и Сгаэль, – но я не могла бросить людей на смерть, даже если это означало, что нас иссушит вместе с ними.
Всадники не бегут. Мы сражаемся.
Расстояние между нами сокращалось. Я зачерпнула энергию из моих обугленных вен, сжала проводник в левой руке и вскинула к небу правую.
Сила вырывалась из меня. Я опустила руку, потянув за собой молнию, и отпустила ее прежде, чем энергия успела обжечь мне пальцы. Молния ударила вниз, но виверна Теофании успела увернуться вправо.
Я промахнулась. Сердце затопила горечь и ярость.
Дождь тем временем сменился градом. Сначала он был размером с горошину, затем – с вишню. Он бил по мне с силой тысячи тупых стрел, ветер терзал мне лицо, но я все равно вскинула руку…
Проводник лопнул.
Осколки стекла впились мне в ладонь, и я едва не задохнулась от боли, когда заструилась кровь.
Нет, нет, нет! Я же не могу целиться без него!
Точно. Умереть здесь – это не тот вариант, который я была готова принять. И я не собиралась сидеть сложа руки и смотреть, как Теофания убивает всех моих друзей или Ксейдена. Я быстро отстегнула ремень, удерживающий зазубренные осколки проводника на моем запястье, и все, что осталось от сферы, а также уничтожившая ее градина размером с кулак, соскользнуло вниз. Моя надежда рухнула вместе с ними.
Придется мне расправиться с этой виверной так же, как с теми тварями в небе возле города, – масштабом. Кровоточащей рукой я достала свой последний кинжал с навершием из сплава – чтобы быть готовой ко всему, – затем вскинула правую руку к небу и снова зачерпнула силу.
И снова промахнулась.
Виверна уклонилась и начала подниматься вверх. Мы последовали за ней. Я вновь и вновь черпала силу, но с каждым разом это становилось все труднее. Виверна уходила от каждого удара молнии. Мы летели вдоль склона горы, скользя над самой поверхностью. Тэйрн мерно размахивал крыльями, постепенно нагоняя нашу добычу.
Жар сначала опалял мои легкие, потом начал обжигать, а затем разгорелся с такой силой, что я уже не чувствовала ничего, кроме огня и ярости.
Очередной удар молнии угодил в склон в паре шагов от твари, во все стороны взметнулись камни, а мы устремились навстречу солнцу.
Солнцу.
Я посмотрела влево. Торнадо остановился на полпути к городу, небо над нами очистилось до самого горизонта.
Это объясняло, почему я начала выгорать сильнее, чем прежде. Я снова сосредоточилась на нашей добыче, стремясь достать ее прежде, чем та устремится к городу, за спасение которого я так отчаянно боролась.
Его зубы клацнули в нескольких футах от хвоста виверны.
Они были слишком быстрыми.
Виверна нырнула к земле, огибая хребет справа, и Тэйрн последовал за ней. Невероятный рев, полный боли, затопил мою голову, такой громкий, что он заставил вибрировать мои кости, и такой пронзительный, что у меня заложило уши.
Крылья Тэйрна сбились с ритма, а мое сердце пропустило десяток ударов.
О Малек, нет.
Я обратилась к нашей с Ксейденом связи, но ледяная ониксовая стена не просто преграждала наш канал, она грубо оттолкнула меня обратно. От ужаса у меня сердце ушло в пятки, мы начали терять скорость…
Я услышала
Тэйрн заревел и попытался уйти влево, но было уже поздно.
Тэйрн легко бы выдержал ее вес, но она давила ему на крылья, а грузы…
О боги.
Полный негодования рев сотряс скалы, но дракон послушался и сложил крылья, запутываясь в сети. И мы рухнули вниз.
