Нас мотало, как тряпичную куклу, рев грозы отдавался в каждой моей косточке. Тэйрн резко сложил крылья, и я вцепилась в луку седла и пригнулась, спасаясь от летящего мусора, застыв от ужаса, пока нас кружило и кружило, словно мы ничего не весили.
«О Малек, я не готова к встрече с тобой…»
Нас выбросило из торнадо, как снаряд, в сторону, кажется, горы. Тэйрн с шумом раскрыл крылья, чтобы замедлить скорость от метеоритной до просто смертельной, в движении таком внезапном, что моя голова мотнулась, едва не сломав шею. В ушах зазвенело. Рев сотряс мои ребра, когда Тэйрн захлопнул крылья и изогнулся в попытке свернуть.
Сначала в гору врезался его бок, сила удара выбила из меня дух и с треском стронула валуны вокруг. Что-то ударило мне в колено, и за миг до того, как я услышала второй удар, надо мной сложились крылья Тэйрна.
Связь потемнела.
Он безжизненно съезжал с хребта. Я ничего не видела, могла только слышать скрежет камня по чешуе, чувствовать сотрясающие все тело столкновения с препятствиями.
Нет ли под нами утеса?
Надо было прислушаться к предупреждению Тэйрна о грозе. Жив ли он? Или…
Сердце выскакивало из груди, и я оторвала руки от луки седла, прижав ладони к драконьей чешуе. Я не чувствовала дыхания, но это еще не значило, что Тэйрн не дышит. Он должен быть цел. Иначе я бы почувствовала, да? От паники свело горло. Это не может быть его конец,
Лиаму оставались минуты после того, как Дей прекратила дышать, но он
О боги,
На протяжении целого удара сердца мы падали свободно, и мой желудок воспарил вверх, а я приготовилась сделать свой последний вдох.
И снова земля приняла нас в жестокие объятия, но в этот раз мы постепенно остановились.
Крылья Тэйрна распались, и я зависла под углом в девяносто градусов над землей, стараясь надышаться пыльным воздухом. Тэйрн обрушился на бок.
Отсюда я не видела его головы, так что я отбросила все возможные щиты и потянулась к нему всеми силами. На месте нашей связи был лишь небольшой проблеск, но и этого хватило, чтобы заполнить всю меня надеждой, когда что-то грохнуло позади нас. Проблеск – значит, он не мертв. То, что мое сердце бьется, значит, что…
Грудь Тэйрна содрогнулась, он снова задышал глубоко и размеренно.
Слава богам.
– Сорренгейл! – Ко мне кто-то шел.
– Сюда! – ответила я, изворачиваясь в подвешенном состоянии в попытках расстегнуть пряжку ремня.
В десяти футах ниже появился Гаррик – тяжелое дыхание, капюшон на спине, по волосам с правой стороны головы стекает кровь.
– Жива.
Он уперся обеими руками в колени и будто сломался пополам, и я не знала, то ли он переводит дыхание, то ли его сейчас стошнит.
– Слава Данн. Тэйрн? – Гаррик поднял голову, окинул меня взглядом и побледнел.
– Без сознания… Что случилось? – спросила я.
– Твое колено накрылось.
Я взглянула на ногу, хрипло вскрикнула, и лишь потом меня с запозданием накрыла мучительная боль, словно поджидавшая, когда я увижу, как все плохо. Кожаные штаны на правом колене были разорваны, во рту быстро набралась желчь, когда я поняла, что коленной чашечки нет там, где она должна быть. Обжигающая боль пронеслась по ноге вверх до самой макушки, смывая все логическое мышление и пожирая меня с головой, накатывая волнами в ритм с моим сердцебиением.
– Сломала? – спросил Гаррик.
Несколько секунд я пыталась сосредоточиться только на том, чтобы упихать всю боль в коробочку, с которой я могла справиться, а потом заставила пальцы двигаться один за другим.
– Кажется. Просто. Вывихнула. Ничего не могу сделать. – С каждым вдохом становилась сильнее тошнота. – Под таким углом.
Гаррик кивнул:
– Падай, я поймаю. На земле разберемся.
– Шрадх? – спросила я, вновь ухватившись за ремень: пряжку заело из-за моего собственного веса.
– Постепенно приходит в себя. – Гаррик оглянулся через плечо. – Упрямец развернулся и принял удар в живот. Спас мне жизнь, но вырубился, когда упал и ударился об утес.
