─ Даже если тьма блокирует возможность раскрытия личности, ─ поясняет Бейворт, ─ то поведенческие признаки ей не изменить. Рано или поздно вы поймете, ваша ли это жена, или нет.
─ Полчаса назад я говорил ей, что отправлю в темницу, а теперь заберу домой, ─ проговариваю я с горькой усмешкой и перевожу взгляд в окно. ─ Какой же это абсурд, Бейворт.
─ Но другого варианта нет, ─ произносит он очевидное. ─ Вы займетесь своим делом, а я ─ своим. Но говорю вам откровенно, генерал: я понятия не имею, сколько времени мне понадобится, чтобы разобраться с вашей женой. Вернее, с ее оболочкой… Но если у меня появятся хоть малейшие новости, я сразу же дам вам знать.
─ Я тоже не вижу другого варианта на данный момент, ─ с тяжелым вздохом отвечаю я. ─ Но, думаю, мне стоит попросить короля выделить покои и остаться с Вераной здесь.
─ Я бы посоветовал вам этого не делать, ─ предостерегающе произносит Бейворт.
─ И почему же? ─ веду я бровью.
─ Если Верана лишь выдает себя за вашу жену, чтобы избежать наказания, то ее нужно держать подальше. Стража всегда начеку, но… Если целью Вераны было убийство Эдель, то лучше не допускать ни единой возможности, при которой она сможет довести дело до конца.
─ Ты прав, Бейворт, ─ киваю я и шагаю к выходу. ─ Прошу тебя подготовить Верану к отъезду, а я… Я навещу свою жену.
─ Конечно, генерал…
Медленно бреду по коридору, в который раз прислушиваясь к себе. Снова тишина. Все еще непривычная и пугающе противоестественная.
Впервые меня посетила мысль о противоестественности собственных ощущений несколько лет назад, когда ощутил связь с Эдель.
Яркое буйство эмоций и неотвратимое притяжение злили до скрежета зубов. Меня словно огненной чесоткой охватило, от которой уже не избавиться и не успокоить ее.
Я всегда знал, что этот момент наступит, но совершенно не был к нему готов. Привычная жизнь менялась независимо от моего желания, и я ничего не мог с этим сделать.
До появления Эдель я жил так, как меня устраивало. Большую часть времени я посвящал службе. В походах не было ни времени, ни места для женщин, а в родном городе под боком была Верана.
Я не питал к ней теплых чувств, не планировал строить с ней семью, но она всегда умела ублажать так, что ничего более и не нужно было.
Появилась Эдель, и все изменилось. Я женился на ней, простой девушке из обители, потому что должен был, а вовсе не потому, что она предел моих мечтаний. Для моего дракона ─ да, но не для меня.
Ни она, ни я не виноваты в том, что Боги соединили нас истинностью ─ двух совершенно разных людей, у которых не имеется ничего общего. И хоть долг и истинность неотвратимы, но любить Эдель я не обещал.
Вряд ли я вообще в своей жизни любил хоть одну женщину по-настоящему, да и времени у меня на эти глупости не было. В любом случае любовь не берется из ниоткуда, не рождается там, где имеет место лишь магия. Истинность и любовь ─ это разные вещи.
Но я дал Эдель все, что мог, чтобы она не испытывала нужды. И хотел от нее лишь благодарности и сильного наследника, ради которого и возникает истинная связь. Но я никак не думал, что Эдель будет ожидать от меня и любви.
Отнял ли я у нее что-то, сделал ее жизнь хуже? Нет. В обители Эдель никогда бы не познала семейных уз, теплого крова и спокойствия. Там ее жизнь могла прерваться в любой момент от болезни, голода или холода.
От близости с ней я не испытывал того, что с Вераной. Дракон ликовал в эти мгновения, а мое человеческое нутро выворачивало от чувства неудовлетворенности и необъяснимого отторжения.
Я не помню, в какой момент я решил, что хочу держать Верану при себе. Кажется, это было тогда, когда вечные походы закончились, и мне пришлось осесть дома, исполняя свои обязанности лишь при дворце.
Тогда это казалось самым правильным решением, и я привел Верану в свой дом. Раз Эдель не создана для любовных утех, то эту обязанность полноценно возьмет на себя Верана.
Так я думал в тот момент, и меня снова все стало устраивать, не считая истерик Эдель, которые вскоре закончились.
Но незадолго до того, как случилось то, что сотворила Верана с Эдель, я почувствовал к своей жене что-то иное. То, чего прежде не ощущал. И то, что произошло у нас в постели, впервые не показалось мне моральной пыткой.
В тот момент я впервые задался вопросом: действительно ли я принял верное решение, когда привел Верану в свой дом?
Но еще меня волновало, что за чувство я стал испытывать к собственной жене? И почему это произошло сейчас, спустя столько лет?
Я захотел углубиться в это чувство, понять его, но… Я не успел. Долг ─ вещь неотвратимая, я был вынужден уехать по вызову короля и отложить личные дела на потом, не подозревая, что «потом» уже не произойдет.
И теперь я думаю только о том, что с Эдель у нас все сложилось бы иначе, если бы не Верана. Теперь я знаю о том, что она повязана с тьмой, и все эти годы я не отказывался от нее лишь потому, что она воздействовала на меня. И, возможно, именно это воздействие отталкивало меня от Эдель. А когда это воздействие отчего-то ослабилось, я и ощутил к жене то, чего не ощущал прежде.