Вроде бы я должна быть благодарна мужу за спасение. Я переоценила свои силы и недооценила риски. И как итог ─ могла просто умереть от холода. И наверняка бы умерла, если бы Арэн не пришел.
Но в том-то и проблема. Он пришел не за мной, а за Вераной. Это ее он спас от холодной смерти, а вот меня погубил и даже не скорбел. Так за что мне теперь быть благодарной?
Чувствую кожей, как Арэн смотрит на меня, сверлит пристальным взглядом. И моя выдержка трещит по швам.
─ Я хочу, чтобы ты ушел, ─ тихо, но настойчиво прошу я.
Арэн тут же поднимается из кресла. Но вместо того, чтобы шагнуть к двери, он приближается ко мне.
Наивная. На что я только рассчитывала? Лишь спровоцировала его на злость. Арэн ведь никогда не подчинится чужой просьбе, даже если это просьба его ненаглядной Вераны.
Шершавые пальцы обхватывают мой подбородок, заставляя поднять глаза на мужа и поёжиться.
─ Я все понимаю, ─ его голос звучит мягко, а в глазах, вопреки ожидаемой злости, плещется беспокойство. ─ У тебя есть причины злиться на меня, даже ненавидеть. Но позволь мне кое-что сказать…
Он опускается на постель рядом со мной, и от его взгляда мороз идет по коже.
Его мягкость слишком подозрительна. Хочется отодвинуться, спрятаться, но Арэн все равно не позволит этого, я ведь знаю.
─ Хрустальная птица, ─ лицо произносит он, и сердце подскакивает к горлу, там и застревая.
Что он сказал? Хрустальная птица?
Едва ли это может быть совпадение. Сказка, которую я написала когда-то, была про хрустальную птицу. Верана о ней не может знать, а если бы и знала, то вряд ли Арэн стал бы спрашивать ее об этой сказке.
Арэн поверил мне? Выходит, он все же заботится обо мне, а не о Веране, предавшей его и обманувшей?
От волнения во рту пересыхает, и я хватаю бокал с водой, осушая его до последней капельки.
─ Ты ведь помнишь ее историю? ─ спрашивает Арэн, глядя на меня с внимательным прищуром.
Киваю, сжимая прохладное стекло подрагивающими пальцами.
Арэн осторожно забирает у меня бокал, отставляет его на тумбу и вновь спрашивает:
─ Если помнишь, то расскажи, чем закончилась история.
Он проверяет меня. Хочет наверняка убедиться в том, кто именно сейчас перед ним.
─ Принц нашел в клетке лишь хрустальные осколки вместо птицы, ─ прогнувшим голосом произношу я и смотрю на мужа, не моргая. ─ Клетка всегда была открыта, и птица могла покинуть ее, но…
─ Ей просто некуда было лететь, ─ договаривает за меня Арэн, и в его глазах вспыхивает облегчение.
Шумный вздох вырывается из его груди, а я замираю и едва дышу.
─ Значит, ты все понял? Ты поверил мне?
─ Да, Эдель, ─ его хриплый голос отзывается мурашками по коже, а на глаза наворачиваются слезы. ─ Только это не конец истории.
Слезы тут же застывают в глазах, распахнувшихся от непонимания.
─ Принц собрал осколки, тщательно их склеил, и хрустальная птица вновь ожила, ─ произносит он, не отводя взгляда. ─ Теперь она сможет полететь куда угодно, и принц ее отпустит… Только если сама птица того пожелает.
Последняя фраза дается Арэну будто с трудом. А я сижу, словно закаменевшая статуя, и не могу поверить своим ушам.
─ Ты… Ты готов меня отпустить?
─ Не готов, ─ отвечает коротко, качнув головой. ─ Но отпущу, если ты того потребуешь. Я понимаю, сколько боли причинил тебе за эти годы, и хочу искупить свою вину перед тобой.
─ Почему сейчас? ─ из меня вырывается болезненный смех вместе со слезами. ─ Эдель умерла, а я… Я больше не могу быть собой, ─ окидываю пренебрежительным взглядом то тело, в котором заточена. ─ Какая жизнь меня теперь ждет?
─ Твое тело все еще живо, ─ произносит Арэн шокирующую фразу, заставляющую подобраться, ─ просто оно спит.
─ Спит?
─ Оно находится в надежном месте, и лучшие маги работают над тем, чтобы вернуть тебя…
─ Но они не могут, ─ на выдохе произношу я, тут же понимая, что именно за разговоры были в моем сне, и кому принадлежал голос. ─ Я слышала голос магистра Бейворта, когда спала. Он сказал, что я безнадежна. Только магистр не знает, как сообщить тебе об этом.
─ Все получится, ─ с непоколебимой уверенностью проговаривает Арэн. ─ Ты слышала его голос и вполне возможно, что была близка к тому, вновь оказаться в своем теле. А, значит, мы найдем способ, как это сделать. Верь мне, Эдель.
Пазл, который складывался в моей голове долгое время, начинает рассыпаться. Картинка распадается, а новая складывается с трудом.
─ Ты проверял меня? Поэтому сказал, что Эдель мертва? ─ моя догадка кажется очевидной, но я хочу услышать подтверждение от Арэна.
─ Все верно, ─ кивает муж, развеивая последние сомнения. ─ Я был убежден, что ты Верана и просто изворачиваешься, как можешь, чтобы спастись. Вот только настоящая Верана не стала бы рисковать своей жизнью и убегать с пустыми руками неизвестно куда в самый мороз. Особенно после того, как я предложил ей возможность стать моей единственной женщиной ─ то, о чем она мечтала, и ради чего пошла на немыслимое.
─ Ты говоришь об обмане с беременностью? ─ хмурюсь я.