Нурхаци начал правление в Ляодуне, предполагая, что проживающие там китайцы могут быть интегрированы в чжурчжэньское государство так же, как прежде были интегрированы чжурчжэни, монголы и пограничные китайцы. После неприятностей с бэйлэ Нурхаци, должно быть, видел в китайцах полезный противовес влиянию племен. Однако, как только он приказал китайским и чжурчжэньским семьям, проживавшим вдоль границы, переселиться в общие деревни, вспыхнули острые разногласия (план переселения был предложен китайцами, чтобы избежать депортации). Хотя чжурчжэням и китайцам было приказано обрабатывать землю совместно, чжурчжэни обращались с китайцами как со своими слугами, а не как с равноправными работниками. Китайцы, проживавшие в Ляодуне, были разочарованы таким отношением и в 1623 г., после неурожая, восстали. Хотя восстание и было быстро подавлено, оно серьезно напугало чжурчжэней, поскольку китайцы применяли тактику тайного отравления своих соседей-чжурчжэней. Эти отравления убедили Нурхаци, что его планы по ассимиляции китайцев не сработали. Поэтому он стал проводить политику сегрегации, направленную на разделение чжурчжэньской и китайской общин, создавая специальные чжурчжэньские поселки и обособленные чжурчжэньские кварталы в городах. Письмо Нурхаци к руководителям знамен, в котором он описывает новую политику в области правовых вопросов, дает представление о его резком, безыскусном стиле. В позднейшие эпохи этот стиль был смягчен цинскими историками, которые пытались подретушировать образ основоположника великой династии в китайских хрониках.
Давайте сделаем так, чтобы все наши бэйлэ и чиновники жили счастливо. Если нынче я разгневан и плюю в ваши лица, так это потому, что вы неверно судите преступников. Почему вы позволяете китайцам, занимающим высокие посты, быть равными вам? Если маньчжур совершил какое-либо преступление, обратите внимание на его заслуги. Спросите, что он сделал. Если имеется какой-нибудь небольшой предлог, используйте его как основание, чтобы простить его. Если же китаец совершил какое-либо преступление, заслуживающее смертной казни, или он не трудится так усердно, как обязан, или своровал что-либо, почему бы не убить его и всех его потомков и родственников вместо того, чтобы освобождать его после побоев? Тех же китайцев, которые были с нами со времен Фэйала, судите, как чжурчжэней. Как только приговор вынесен, вы не можете снова изменить его. Он подобен мулу, который не знает дороги назад. Вы, восемь бэйлэ, тайно прочтите это письмо бэйлэ и чиновникам различных знамен. Не допускайте, чтобы люди услышали это. Знаете ли вы, что они [китайцы] отравили наших женщин и детей в Яо-чжоу после ухода наших войск?[322]
Основы маньчжурской дуальной системы управления с ее разделением чжурчжэньской и китайской администраций родились вместе с первым опытом управления Ляодуном. Эта политика пришла на смену старой племенной модели управления, которая не годилась для руководства китайским населением в китайских провинциях. Нурхаци добился включения в свое государство небольших племен чжурчжэней и монголов, а также групп китайцев, проживавших вдоль границы, однако многочисленность китайцев Ляодуна и опасность восстания с их стороны убедили его в необходимости проведения новой политики. Разделение чжурчжэней и китайцев не было вызвано, однако, расовыми предрассудками, поскольку в письме, цитируемом выше, говорится, что старые китайские семьи, которые находились в союзе с чжурчжэнями еще до завоевания Ляодуна, нужно рассматривать как равные семьям чжурчжэней. По-видимому, это была политическая стратегия, направленная на сохранение власти небольшого числа завоевателей над гораздо большим числом китайцев.
