Требования дунху были проверкой силы сюнну, а ответ Маодуня являлся частью крупномасштабного замысла — превращения слабых в военном отношении сюнну в силу, способную одержать победу над мобильным противником. Маодунь использовал классическую степную тактику ложного отступления. Атакующего убеждали в том, что он преследует разгромленного врага, а на самом деле заманивали в засаду. Маодунь притворялся, что идет на уступки все возрастающим требованиям дунху. Разногласия при дворе сюнну по поводу этих уступок способствовали созданию образа нового правителя, который держится оборонительной тактики и не способен управлять страной. Последнее требование дунху насчет сюннуской земли продемонстрировало их самонадеянность и послужило причиной войны, которую уже давно планировал Маодунь, так как это был единственный путь ослабить бдительность противника и застать его врасплох. Чтобы стать успешной, атака должна была быть молниеносной и неожиданной. Кочевников не так-то легко разгромить, если у них есть возможность отступить в безопасное место. Но Маодунь смог ударить без промедления, потому что его подданные были всегда готовы к боевым действиям и чрезвычайно мобильны. Сюнну собрали войско в течение нескольких дней после приказа Маодуня.
Поглотив дунху, Маодунь обратил свои взоры на запад и нанес первое из множества поражений юэчжам, которые некогда господствовали над сюнну. Он захватил все земли к югу от Хуанхэ, которые циньские армии ранее отобрали у сюнну. Отсюда он предпринимал набеги на те районы Китая, которые из-за гражданской войны остались незащищенными. В ходе войны на севере Монголии он покорил пять племен. «Таким образом, знатные люди и высшие сановники сюнну подчинились Маодуню и стали считать его подлинно достойным государем»[57]. Затем Маодунь обратился к югу, и воссоединенный Китай увидел перед собой степную империю, обладающую огромной военной мощью.
Основание Маодунем степной империи совпало по времени с объединением Китая под властью Гао-цзу, первого императора династии Хань. Хотя степные кочевники не принимали участия в гражданской войне в Китае, начавшейся после падения династии Цинь, новые ханьские правители видели в них серьезную угрозу для Китая. Наиболее очевидной опасностью были набеги. У сюнну было достаточно сил для того, чтобы опустошать пограничные области, разрушать и грабить. Менее очевидная, но потенциально более серьезная опасность для династии заключалась в том, что правители северных пограничных областей могли объединиться с сюнну в борьбе против центрального правительства.
Первый конфликт между ханьским Китаем и сюнну в 201–200 гг. до н. э. произошел именно по этой причине. Война началась с нападения сюнну на пограничный город Маи в провинции Дай, в котором пребывал князь Хань Синь, союзник Гао-цзу в гражданской войне. Он перешел вместе со своими войсками к сюнну. Потеря пограничного региона была не большой утратой для империи, но дезертирство непокорного князя внушало серьезные опасения. Гао-цзу был вынужден создать ряд автономных княжеств и пожаловать их своим союзникам. В одиночку противостоять верховной власти императора и его армиям князья не могли, поэтому шансов самостоятельно выйти из-под контроля Хань у них было мало. Однако, если князь или даже наместник провинции заключал союз с сюнну, его шансы на получение независимости от Китая (под эгидой кочевников, разумеется) увеличивались. Все князья опасались потерять власть над своими княжествами в случае укрепления династии. Таким образом, они были готовы к измене.
Гао-цзу не мог оставить предательство Хань Синя безнаказанным. Император собрал войско и лично повел его на границу. Кампания с самого начала была неудачной. Жестокий холод и снег обрушились на армию во время марша, и обморожения привели к потере 20–30 % личного состава. В конце концов сюнну были обнаружены, и китайцы начали преследовать, как им казалось, небольшой конный отряд «варваров». Гао-цзу лично возглавил передовую колонну. Незнакомый с тактикой степного боя, китайский авангард погнался за отступающими кочевниками и вскоре попал в засаду у Пинчэна. Обманутый ложным отступлением сюнну, Гао-цзу оказался отрезанным от основной ханьской армии и был окружен сюннуской конницей.