Дверь в её комнату без стука распахнулась, не позволяя ответить, и в комнату ворвалась взволнованная Мэри с обезумевшим взглядом. Вид у неё был растрёпанный: тело блестело от пота, волосы выбивались из скрученного пучка, а на плече красовался свежий кровоподтёк. Наверное, она снова тренировалась с Агарном.
— Что случилось? — Леонсия мгновенно стала серьёзной.
— Фалько ранен.
Двух этих слов хватило, чтобы альтмерка сорвалась со своего места и бросилась следом за Мэри, исчезая в дверях. Оставаться безучастным Рэл не собирался и поспешил догнать их, выбегая из тёмного коридора в спальные помещения, где уже столпился народ и шумели громкие голоса.
На одной из кроватей, прислонившись к стене, сидел молодой аргонианин с наспех перевязанной голенью, с которого Агарн осторожно снимал доспехи. Быстро наложенные бинты насквозь пропитались кровью, но рана не затягивалась и до сих пор медленно кровоточила, оставляя багровые следы на грубом покрывале. Рядом стоял кривой самодельный костыль из толстой сырой ветки. Габриэль видел, как ящер морщился от боли, не пытаясь сдерживать дрожь в руках, но, как только Леонсия тревожным голосом приказала всем расступиться и пропустить её, Фалько улыбнулся, умело притворившись, что с ним всё в порядке, а это — просто очередная царапина.
— Джи, что случилось? — Эльфийка опустилась на колени рядом с его кроватью и, осмотрев повязку, уже затвердевшую от старой крови, кивнула Касте, чтобы та принесла воды.
— Увлёкся и забыл, что имперцы тоже умеют стрелять, — с заметным аргонианским акцентом просипел он, пытаясь пошутить. Рэл увидел на полу дорогой лук эльфийской работы и колчан стрел с чёрным оперением.
— Ублюдки, — неожиданно зло выругалась Леонсия. — Моя вина. Не нужно было давать тебе такой сложный контракт.
— Не переживай, солнышко, я ведь справился. — Он улыбнулся рядом острых клыков, и эльфийка бросила на него строгий взгляд, не одобрив такое обращение.
Она начала осторожно снимать повязку, смачивая её водой, и вскоре обнаружилось, что стрела застряла в ноге. Габриэль прикинул, каковы шансы этого парня не остаться калекой на всю жизнь, однако быстро понял, что кость не задета и остриё можно попробовать протолкнуть. Это поняла и Леонсия.
— Габриэль, отыщи в тех ящиках флакончик из синего стекла.
Он кивнул, не требуя пояснений, и быстро вернулся в её покои, принявшись рыться в плотно сложенном в ящиках сене в попытке отыскать нужное зелье. Внутри попадались какие-то свёртки, деревянные коробочки с ароматными сушёными травами, пузырьки со странными густыми жидкостями и порошками, похожими на мелкий цветной песок, — это были ингредиенты, которые прежде ему не встречались. Отыскав нужный маленький флакончик, Рэл не стал терять времени и быстрым шагом вернулся к Леонсии, поспешив отдать ей зелье.
— Это экстракт виквита, — пояснила она аргонианину, откупоривая пробку, отчего в помещении сразу же почувствовался кислый аромат. — Он замедлит кровообращение и притупит боль.
— Никогда не слышал о таком.
Леонсия, похоже, почувствовала себя виноватой.
— Могу принести привычное для тебя зелье, если хочешь, но оно…
— Делай, что должно.
— Тебя не смущает, что она использует тебя как подопытную крысу? — За спиной неожиданно раздался строгий недовольный голос Тавэла, и Габриэль невольно обернулся, понимая, что ещё секунду назад его здесь не было.
Однако Фалько помотал головой.
— Если это мне поможет.
— Как знаешь. — он обратился к дочери: — Экстракт виквита — отличный вариант, но ты ведь сама не уверена.
— Уверена, — грубо ответила эльфийка и передала аргонианину флакон, предварительно смочив жидкостью чистые бинты.
Ящер с удивительным доверием сделал несколько глотков и утвердительно кивнул Агарну, приготовившись. Редгард, всё это время с равнодушием наблюдающий за обстановкой, положил Джи в пасть толстую полоску кожи и сжал за головой, а Фалько прикусил её острыми клыками, всё равно, однако, громко и болезненно застонав, когда Леонсия принялась проталкивать оставшийся в теле наконечник. Она сделала свою работу быстро, уверенно, и Габриэлю нравилось наблюдать за её грамотными движениями. Он понимал, что всё это ей уже не в новинку.
— Надо было дешёвого рома, — шутливо заметил Фалько. Рэл оценил то, как старательно аргонианин скрывает боль. Леонсия принялась накладывать бинты и расспрашивать брата, как прошёл контракт, не считая этой неприятности.
Габриэлю всё это быстро наскучило. Он сел на край кровати, потеряв интерес к истекающему кровью аргонианину, собравшему вокруг себя слишком много людей и поднявшему на уши всё Убежище, и обернулся на Тавэла, обратившегося лично к нему:
— Ты хорошо справился. — Тавэл был таким, каким Габриэль и представлял себе убийц из Тёмного Братства: серьёзным, сдержанным, тихим, таинственным и очень строгим. В нём было нечто заставляющее почувствовать исходящие от него силу и угрозу.
— Спасибо. — Рэл немногословно кивнул, но Оргистр облокотился о стену, скрестив руки на груди, будто показывая этим, что уходить не намерен и ещё хочет что-то обсудить.
Так и было.
