— Может, Догматы — это просто религиозная брехня для поддержания порядка? — осмелился предположить Габриэль, за что мгновенно получил осуждающий взгляд Фалько в ответ.
— Так тоже советую тебе не шутить. Случаи были…
— Ну ладно-ладно, — сдался Габриэль, опасаясь нарваться на новую умело рассказанную байку о загадках и мистике. — Дальше что там?
— Так вот, — тут же оживился Джи, — Ситис не считал этого брата предателем и не карал его. Однако, когда этот парень умер, убийства братьев и сестёр прекратились, и Чёрная Рука решила, что это был именно он. Но не было ни расследований, ни улик, ни подтверждений такого обвинения, однако всё наладилось, и об этом все быстренько забыли. Все, кроме Люсьена Лашанса, того Уведомителя.
Фалько снова сделал профессиональную паузу, повесив напряжение в воздухе, и Габриэль даже успел подумать, что у этой истории на самом деле такой открытый финал, но аргонианин неспешно продолжил:
— Он опроверг решение самого Слушателя и начал своё собственное расследование, чтобы убедить всех, что его подчинённый не был виновен.
— Я бы тоже расстроился, если бы кто-то из моих людей оказался крысой.
— И это дошло бы до фанатизма? Если его человек не убивал, то возникает логичный вопрос: тогда кто?
— Уведомителя подставили?
— По крайней мере он сам так считает. Думаю, именно это они и обсуждают с Тавэлом.
— Надеюсь, они всё же ошибаются.
— Они и сами хотели бы ошибаться…
Что-что, а рассказывать истории, заставляющие кровь в венах забурлить от волнения, предчувствия витающей вокруг тайны и внезапно возникающего страха, Джи умел лучше кого-либо другого. Габриэль понимал, что это, скорее всего, очередная байка, ходящая между братьями, потому что им нужно было кормиться какими-то нелепыми слухами, но что-то в этой истории цепляло липкими окровавленными пальцами за глотку, засыхая комом внутри, и не отпускало долгое время.
Имя Люсьена Лашанса казалось Габриэлю до ужаса знакомым.
Фалько вдруг спохватился:
— Кстати об Оргистрах. Пойду навещу Леонсию, она мне денег должна.
— За контракт?
— Нет, проиграла один спор.
Габриэль обречённо воскликнул:
— И Леонсия тоже?
========== Глава 4 ==========
— Дай мне новое дело.
Оторвавшись от работы с бумагами, Леонсия вопросительно посмотрела на вошедшего в комнату Габриэля и, взъерошив короткие волосы, осторожно уточнила:
— Уверен? Ты только недавно вернулся с Золотого берега.
Габриэль ответил резко, но ровным и сдержанным голосом:
— Это должно мешать моему желанию снова взяться за работу?
— Ладно. — Она открыла ящик стола, принявшись искать в нём нужный конверт. — У меня есть кое-что, но, по правде говоря, я хотела поручить это дело Мэри.
— Что за дело?
Эльфийка нахмурилась, решив спросить прямо:
— Рэл, у тебя что-то случилось?
Он утомлённо закатил глаза, посмотрев на потолок, в углу которого блеснула паутина.
— Ничего не случилось, я просто хочу взять контракт. Что в этом странного?
— Ты меня не убедил, — размеренно отозвалась Леонсия, поигрывая в руке двумя заветными конвертиками.
— Не люблю сидеть без дела, — снова попытался убедить её Рэл, и на этот раз она всё же протянула ему бумаги.
— Хорошо. Есть скалолаз в горах Джерол, а есть странствующий торговец, который должен умереть на глазах у толпы. За какое возьмёшься?
Габриэль пожал плечами.
— Всё равно. Давай любое.
— Мне не нравится твой настрой, но не стану лезть в личное. — Пальцы эльфийки ловко выхватили у него один из конвертов. — Я пока что не хочу посылать тебя в город. Сам видел, что случилось с Джи…
— Беспокоишься? — с усмешкой перебил её Рэл, не рассчитывая на ответ, но альтмерка, подняв на него строгий взгляд, серьёзно ответила:
— Да.
Габриэль не слышал ещё ни одного «да», которое прозвучало бы настолько выразительно, настойчиво и трепетно. Его зацепило это. Решив, что нет смысла выслушивать устное описание дела, учитывая, что Леонсии известно не так много, Габриэль взял бумаги и, поблагодарив девушку, покинул её комнату, не собираясь продолжать надоедать ей своим плохим настроением. Ему в самом деле наскучило проводить целые дни, бесцельно слоняясь по Убежищу и даже не зная, с кем заговорить, и хотелось развеяться, взявшись за работу. То, какой именно была эта работа, теперь его почти не волновало.
Упав на кровать, Рэл разрезал конверт кинжалом, доставая сложенный пергамент, и принялся вдумчиво читать изложенное на нём, знакомясь с сутью дела. Ему предстояло отправить в Пустоту известного скалолаза Андрэ Лабуша (Рэл, правда, ничего о нём раньше не слышал), который месяц назад прибыл в Сиродил, чтобы взобраться на самую высокую точку гор Джерол — Прыжковую скалу. Убить предстояло только его одного, не тронув никого из членов экспедиции, и Габриэль не считал это сложной задачей.
— Взял новое дело? — с энтузиазмом спросил подошедший аргонианин, заглядывая через плечо в попытке прочитать написанное на листе. Габриэль терпеть не мог, когда так делали, поэтому тут же сложил пергамент, вернув его в конверт.
— Как видишь.
