– Можно поступить по-другому, – примирительным тоном сказал Сэмюэл. – Можно подождать и посмотреть, как эта статья скажется на уже выпущенных акциях южноамериканских компаний; их немного, но достаточно, чтобы судить об общей обстановке. Если они упадут в цене, то мы прекратим финансирование «Железной дороги Санта-Мария». Если нет, то можно оставить все как есть.
– Я не против того, чтобы поступить так, как скажет рынок, – сказал Джозеф уже более спокойным тоном.
– Но есть еще один вариант, – продолжил Сэмюэл. – Можно выпустить облигации совместно с другим банком. Таким образом публичная огласка коснется нескольких предприятий, и каждое из них в глазах общественного мнения пострадает меньше.
«А в этом есть смысл», – подумал Хью. Правда, он ожидал совсем другого решения, то есть полного прекращения финансирования дороги. Впрочем, предложенный Сэмюэлом вариант уменьшал риск, а ведь банковская деятельность в том и заключается, чтобы уменьшать финансовые риски. В любом случае Сэмюэл разбирается в банках куда лучше Джозефа.
– Значит, так, – энергично заявил Джозеф со свойственной ему категоричностью. – Ты, Эдвард, постараешься найти нам партнеров.
– И к кому мне обратиться? – удивленно спросил Эдвард.
Хью понял, что Эдварду совершенно не хочется заниматься скучными, на его взгляд, делами и что он не имеет о них никакого представления.
– Хороший вопрос, – ответил Сэмюэл. – Если подумать, не так уж много банков хотят заниматься Южной Америкой. Можно, например, обратиться к Гринборнам, они, пожалуй, единственные из тех, кто готов пойти на такой риск. Ты ведь знаком с Соломоном Гринборном?
– Да, знаком. Хорошо, я поговорю с ним.
Хью подумал, что стоит предупредить Солли и сказать, чтобы он отклонил предложение Эдварда, но тут же отказался от этой мысли. Его наняли как специалиста по Северной Америке, а если он будет давать советы из совершенно другой области, то его, чего доброго, сочтут слишком самонадеянным. Он попытался в последний раз убедить Джозефа полностью отказаться от сделки.
– Но почему мы так упорно держимся за эту железную дорогу? – спросил он. – Предприятие это не настолько уж и выгодное. Риск там и без того велик, даже без возможной огласки всех подробностей. Зачем нам это нужно?
– Решение приняли партнеры, и не тебе их обсуждать, – надменно возразил Эдвард.
– Ты прав, – сдался Хью. – Я не партнер, а скоро не буду и служащим.
Джозеф вопросительно поднял бровь.
– Что ты хочешь этим сказать?
– Я ухожу из банка.
– Ты не имеешь права! – едва не поперхнулся Джозеф.
– Я всего лишь служащий, и вы относитесь ко мне как к рядовому сотруднику. Поэтому, я имею полное право найти себе другую работу.
– И где же ты ее будешь искать.
– Сказать по правде, я уже ее нашел. У Гринборнов.
Глаза Джозефа округлились и едва не выскочили из глазниц.
– Но ты тем самым лишаешь нас изрядной доли рынка!
– Нужно было раньше думать, когда вы отказали мне в партнерстве.
– И сколько тебе пообещали?
Хью встал, чтобы наконец-то выйти.
– Это не вам спрашивать, – отрезал он.
– Как ты смеешь говорить с моим отцом таким тоном?! – пронзительно воскликнул Эдвард.
К удивлению Хью, клокотавшая в Джозефе ярость вдруг спала, и он, казалось, успокоился.
– Помолчи, Эдвард, – произнес он ровным голосом. – Хороший банкир всегда готов пойти на небольшие уловки и интриги. Порой мне хочется, чтобы ты больше походил на Хью. Пусть он и белая ворона в нашем семействе, но, по крайней мере, у него есть определенная хватка.
Повернувшись к Хью, Джозеф сказал:
– Ну что ж, иди. Надеюсь, ты еще пожалеешь о своем решении, хотя и не особенно рассчитываю на это.
– Если таким образом вы и ваше семейство желаете мне удачи, то благодарю вас. И вам приятного дня.
– Как поживает Рейчел? – спросила Августа Мики, разливая чай.
– Превосходно. Должна приехать чуть позже.
Мики до сих пор не понимал своей жены. На момент свадьбы она была девственницей, но вела себя как шлюха – всегда была готова отдаться ему в любое время, при любых обстоятельствах и в любом месте. В один из первых дней совместной жизни он захотел воплотить в жизнь свою фантазию и приказал ей лечь на постель, чтобы привязать ее к изголовью. К его разочарованию, она нисколько не стала сопротивляться, а даже охотно подчинилась ему. С тех пор он так и не смог вызвать в ней хотя бы малейший протест. Однажды он овладел ею в гостиной, где их в любой момент могли застать слуги, но ей, похоже, это понравилось больше обычного.
В других же отношениях она всегда настаивала на своем, спорила с ним о политике и религии, командовала слугами, высказывала свое мнение о финансах. Когда ему надоедало спорить, он старался не обращать на нее внимания, потом оскорблял, но ничего не помогало. Рейчел вбила себе в голову мысль, что имеет право высказывать свое мнение, как и любой мужчина.
– Надеюсь, она помогает вам в работе, – сказала Августа.
Мики кивнул.
– Да, она хорошо принимает важных гостей. Всегда внимательна и любезна с ними.
– На мой взгляд, она неплохо показала себя на званом ужине с послом Портильо.
