Кейт не понимала, какое отношение к ее браку имеет карьера этого вельможи, но не осмеливалась возражать; она сидела молча, погруженная в свои страдания, пытаясь сосредоточиться на том, что говорит отец.
– Твой будущий муж рос как раз в эти годы. В одиннадцать лет он был посвящен в рыцари, получил титул барона Данстера и женился на Марии Вудвиль, сестре королевы.
По тону отца Кейт поняла, что он не одобрял этого шага. Но ее интерес был несколько подогрет тем, что Хантингдон уже был женат.
– И что она собой представляла, эта Мария Вудвиль? – спросила девушка.
Отец с надеждой посмотрел на нее. Он решил, что дочь понемногу смиряется с неизбежностью этого брака. Но на самом деле в Кейт просто говорило любопытство.
– Откровенно говоря, я не знаю, – ответил Ричард. – Их было так много – сестер из рода Вудвилей. Она, вероятно, провела при дворе очень мало времени, а потом ее увезли в Раглан.
«Как увезут и меня, – в отчаянии подумала Кейт. – Боже, где он, этот Раглан? Где-нибудь в глуши, в горах Уэльса? Нет! Никогда!»
– Леди Хантингдон умерла два года назад. У нее осталась дочь Элизабет, единственная наследница графа.
«И он, конечно, ищет породистую кобылу, которая принесла бы ему сыновей! – Горькое чувство охватило Кейт. – Пусть поищет где-нибудь в другом месте. Я за него никогда не выйду».
– Это горе было не единственным в жизни Хантингдона, – продолжал Ричард. – К несчастью, в тысяча четыреста шестьдесят девятом году его мужественный отец Пембрук был захвачен сторонниками Ланкастеров у Эджкот-Мура и обезглавлен ими в Нортгемптоне. Его сын, твой будущий муж, попытался тогда утвердить свою власть в Уэльсе, но он был очень молод и не обладал опытом отца. Поэтому влияние Гербертов там уменьшилось. Ему не удалось помешать Джасперу, дяде Генриха Тюдора, – тот выкрал мальчика из замка Раглан и бежал с ним во Францию.
Все это вряд ли могло послужить потенциальному жениху благоприятной рекомендацией. Да, Уильям Герберт пережил трагедию, но сам особыми достоинствами не отличался и ничуть не походил на такого незаурядного человека, каким был ее отец. А тот вел свой рассказ дальше:
– Молодой граф преданно служил королю Эдуарду, как в Уэльсе, так и во время войны во Франции. Пять лет назад он согласился отдать королю графство Пембрук в обмен на графство Хантингдон. Король Эдуард хотел, чтобы земли Пембрука перешли его сыну, принцу Уэльскому, и Тайному совету Уэльса и Марки. Он желал укрепить влияние принца в этих местах. Это был разумный план.
«Похоже, – подумала Кейт, – обмен действительно был справедливый, и готовность, с которой Уильям Герберт согласился, свидетельствовала о его преданности. Но при чем тут я? Я никогда не смогу полюбить никого, кроме Джона».
Тут слезы снова навернулись ей на глаза. Бедняжка сдерживалась из последних сил.
– Ну а в последние месяцы милорд Хантингдон показал, чего он стоит на самом деле, – сказал Ричард. – Во время бунта Бекингема он служил моим верховным судьей и уполномоченным по набору войска в Южном Уэльсе. И ему удалось удержать эти земли под властью короны. Я за это щедро наградил Хантингдона, сделав его вместо Бекингема главным своим представителем в Уэльсе. Дочь моя, твой будущий муж фактически является королем в этой местности, он мой уполномоченный, а потому наделен немалой властью и влиянием.
– Я не сомневаюсь, что граф весьма достойный человек, – глухо проговорила она.
– Безусловно. Иначе я бы не назначил его секретарем и мажордомом твоего брата принца. И ваш брак только укрепит его преданность. Это крайне важно, потому что в такие времена мне нужны надежные люди вроде Хантингдона. Я дам тебе хорошее приданое и щедро наделю вас обоих землями. Но самое главное, Кейт, жених страстно влюблен в тебя. Недостает только твоего согласия.
Ричард поднял брови и посмотрел на нее. Что было делать бедняжке? Он был ее отцом. Он считал, что позаботился о ее будущем счастье. Ну разве могла она отказать ему?
Анна встала рядом с падчерицей на колени:
– Это прекрасная пара для тебя, Кейт. Ты должна быть благодарна отцу. Ну же, поскорее продемонстрируй ему это.
– Я благодарна вам за радение обо мне, – сказала Кейт со слезами в голосе. – Не хочу, чтобы вы считали меня неблагодарной. Но, сэр, я хотела совсем другого мужа!
– Теперь ты видишь, что происходит, когда молодым позволяется следовать зову сердца, – пробормотал король, обращаясь к Анне. – Это означает забыть о Боге, об установленном порядке, обо всем. Я сам виноват, поскольку опрометчиво позволил ей общаться с Линкольном. Я и понятия не имел, Кейт, что у вас все настолько серьезно. И поэтому, когда Хантингдон сказал мне о своих желаниях, я полагал, что ты будешь довольна.
«Когда Хантингдон сказал мне о своих желаниях»?
