Оказавшись во внутренних покоях, Кейт присела в реверансе. Король Ричард читал, устроившись в резном кресле, королева Анна тоже находилась здесь – на своем обычном месте у огня, сидела, закутавшись в меха.
Отец улыбнулся, отложил книгу и протянул руки навстречу дочери. Кейт бросилась в его объятия, ненавидя себя за то, что сомневалась в нем.
– У меня для тебя очень хорошие новости, Кейт, – объявил он. – Ты выходишь замуж.
Сердце у нее забилось как сумасшедшее, и она инстинктивно поднесла руку ко рту.
– Благодарю, ваше величество! – воскликнула она. – Я этого так хотела! – Слезы стояли у нее в глазах.
Ричард несколько мгновений недоумевающим взглядом смотрел на дочь, а потом улыбка сошла с его лица.
– Ты, похоже, думаешь, что я выдаю тебя за милорда Линкольна? Но, боюсь, этот счастливчик не он. Ты выходишь замуж за лорда Хантингдона.
– Нет! – вырвалось у Кейт. Она с самого рождения воспитывалась в послушании, она знала, что слово отца – закон, а теперь ее отец был еще и королем, так что от нее требовалось беспрекословное подчинение, но в этом случае Кейт не готова была безропотно принять его волю. Оставить Джона ради какого-то незнакомца? Да она скорее умрет!
Король взял ее руки в свои.
– Нет? – ласково переспросил он. – Признаться, не такого ответа я ждал от послушной дочери, устраивая ее блестящее будущее. – Это был упрек, хотя и мягкий.
– Ты не вправе оспаривать решения отца, Кейт, – добавила Анна.
Бедную девушку трясло как в лихорадке.
– Сэр, вы знаете, я хотела выйти за моего кузена Линкольна. – По щекам ее текли слезы.
Мучительное выражение появилось на лице ее отца.
– Мне казалось, я тебя предупредил, чтобы ты не строила относительно него никаких планов. Ты – моя дочь, и твой брак должен быть заключен в политических целях. Граф Хантингдон – блестящая партия. Но, поверь, я думаю не только о своих выгодах. Ты будешь графиней, знатной леди – я бы не отказался от такого союза и для своей законнорожденной дочери, если бы она у меня была.
– Но я люблю Джона! – воскликнула Кейт. – И никогда не смогу полюбить графа Хантингдона!
Лицо ее отца помрачнело, но тут подошла Анна и взяла падчерицу за руку.
– Послушай меня, Кейт, – властным тоном сказала она. – Долг жены состоит в том, чтобы любить мужа, с которым она повенчана. Тебе придется заставить себя. Любовь по собственной воле не принесет ничего хорошего, ты уже достаточно взрослая, чтобы понимать такие вещи. Милорд Линкольн – очень приятный молодой человек, но вы с ним близкие кровные родственники.
Теперь заговорил король:
– Зная, что вы с моим племянником питаете друг к другу взаимное чувство, я осторожно поговорил с его отцом о возможном браке. Он сказал, что, если такова будет моя воля, он не станет запрещать сыну жениться на тебе. Но его очень тревожило кровное родство между вами, и к тому же Саффолк признался, что у него уже есть на примете другая невеста.
Кейт, конечно, знала все это, но знала она также и то, что у герцога имелись и более серьезные возражения против этого брака, о которых он никогда не осмелился бы сказать ее отцу. Ее отчаяние было невыносимым, она теперь рыдала так горько, что Ричард и его жена забеспокоились.
– Милая, этот человек не подходит тебе, – мягко сказала Анна, обнимая падчерицу за вздрагивающие плечи и предлагая ей свой платок.
– Да, вернее, я ему не подхожу, потому что я – незаконнорожденная! – воскликнула Кейт. – Вот истинная причина того, почему отец Джона возражает против нашего брака.
Ричард был ошеломлен подобным заявлением.
– Это невозможно, – возразил он. – Для любого мужчины огромная честь – жениться на дочери короля, законнорожденная она или нет. И граф Хантингдон это хорошо понимает. Он давно восхищается тобой издали. Да, у милорда Саффолка есть достаточные основания возражать против этого брака, но для меня гораздо важнее те выгоды, что сулит твой брак с Хантингдоном. Ты позволишь мне объяснить?
Кейт едва заметно кивнула. Она вытерла слезы, но унять дрожь была не в силах.
– Уильяму Герберту двадцать восемь лет, – начал король. («Совсем старик», – подумала девушка.) Его отец и тезка был одним из самых сильных сторонников дома Йорков, за который он доблестно сражался в ходе последней войны. Эдуард Четвертый, взойдя на трон, одарил старшего Герберта высокими чинами в Южном Уэльсе, сделал его бароном, подарил замок Пембрук и много других цитаделей и особняков.
Кейт узнала, что лорд Герберт победил уэльских Тюдоров, которые сражались за дом Ланкастеров, и вскоре получил их графство Пембрук. После этого, продолжал король, он показал себя умелым правителем всего Уэльса. И король Эдуард, считая этого человека своим другом, доверил ему воспитание юного Генриха Тюдора, который провел раннее детство под присмотром Герберта в замке Раглан – родовом гнезде Хантингдонов.
– Этот граф Пембрук начинал скромным сквайром, – сказал Ричард, – но за десять лет стал одним из самых важных лордов королевства. И вполне заслуженно – он оказывал неоценимые услуги нашему дому.
