Когда двор переехал в Гринвич, Нед вернулся в Хартфорд-Хаус в Вестминстере, и там его свалила лихорадка. Он в расстроенных чувствах написал письмо Джейн. К моему разочарованию, прежняя решимость, кажется, покинула его. Он снова колебался и выражал сомнения в том, что нашу свадьбу можно устроить.
– Не обращай внимания, это говорит его болезнь, – утешала меня Джейн, которая и сама выглядела не лучшим образом. – Не расстраивайся, Катерина.
Легко сказать – не расстраивайся! Да последние дни были сущим кошмаром – я мучилась одной-единственной мыслью: что мне делать дальше, если Нед бросит меня. Мне казалось, что в этом случае жить просто незачем.
Но вот приходит еще одно письмо.
– Брат просит меня выступить от его имени! – в восторге кричит Джейн. – Он пишет, что, хотя ваш брак должен держаться в тайне, он хочет, чтобы все было как полагается, в полном соответствии с обычаями. Так, он сделает тебе официальное предложение, и вы будете помолвлены, а потом состоится свадьба. Нед испрашивает твоего согласия. Ах, Катерина, это и в самом деле случится! – Она от всего сердца обнимает меня. – Так ты согласна?
– И ты еще сомневаешься? Да я счастливейшая из женщин. Прошу тебя, сообщи моему возлюбленному, что я заранее согласна с любыми его решениями и что дам ему окончательный ответ лично, когда на следующей неделе двор вернется в Уайтхолл.
