На параде генерал не присутствовал, здесь его вообще мало кто знал в лицо. Трансляцией, в принципе, остался доволен. Офицеры из Таманской дивизии неплохо поднатаскали коробки на строевую. Колонна боевой техники не дотягивает, конечно, даже на уровень заштатной сибирской армии, в которой он до перевода в Донецк занимал должность начальника штаба — бедненько, но аккуратно и патриотично, как, впрочем, и все в молодой республике.
Парни из его управления, конечно же, выделялись среди местных аборигенов. Шагали подчеркнуто вальяжно, изображая из себя какой-то натовский спецназ. Нужно будет сказать начальнику штаба, чтобы образумил понтярщиков. В таких вопросах мелочей не бывает. Как учил незабвенный Крестный отец — "Никогда, Сантино, не позволяй никому, кроме членов твоей семьи, знать, о чем ты думаешь. Пусть они никогда не знают, что у тебя под ногтями"…
Но есть вещи и пострашнее, чем продемонстрировать свои истинные намерения и внутренние противоречия. В глазах врага можно выглядеть каким угодно, только не смешным. Потому что смех — это уязвимость. Противника, который вызывает улыбку, победить легче и проще, об этом свидетельствует весь исторический опыт военной пропаганды.
А вот с этим у организаторов парада было все очень плохо.
Ветераны в белых мятых кепочках, рассаженные на раскладных стульях в первом ряду, выглядели как персонажи советских комедий. Конфуз с собакой и вовсе выходил за рамки приличий. Именно такие вот мелочи и отличают балаган от серьезной организации, а на экране был именно балаган.
Демонстрация трудящихся оказалась немноголюдной. Даже с учетом того, что праздничная колонна двигалась как можно медленнее, завершилась за какие-то пятьдесят минут. Теперь Субботину предстояло самое тяжкое изо всех испытаний — "торжественный обед" с местным руководством.
Хамов, случайно вынесенных во власть, он, кадровый военный и генерал, на дух не переносил. Цену "ополчению" знал, местных командиров ценил лишь тех, кто имел школу СССР и России. Но ради поставленной цели это приходилось терпеть.
Территориальный центр в Новочеркасске, хоть номинально и подчинен Южному военному округу, но его непосредственным начальником является заместитель командующего Сухопутных войск, который стоит в военной иерархии на две ступени выше. Таким образом, нынешняя, пусть неофициальная должность его, Субботина, примерно соответствует уровню командарма, что дает головокружительные карьерные перспективы.
По совсекретным документам он сейчас находится в служебной командировке в Сирии, где выполняет боевую задачу. Сменившись, как участник боевых действий, поднимется на ступеньку выше. Как и его предшественник на этом посту, станет заместителем командующего округом. Неважно каким, хот Забайкальским. Потому что с таким послужным списком год-полтора он будет сам выбирать кабинет в Москве, в здании Минобороны или Генерального штаба.
А ради этого можно перетерпеть и свинство местных руководителей, и отсутствие привычной среды общения. Впрочем, в отношении последнего Субботин все давно обустроил.
Главное чтобы сегодняшнее празднование закончилось без сюрпризов…
Галл уже решил сматывать удочки, когда, наконец пришел условный сигнал. Он посмотрел на часы, выбрался из убежища, разминаясь, потянулся всем телом. Сдул палатку, упаковал, спрятал обратно в тайник. Прихватив с собой все необходимое, двинулся по тоннелю.
Место работы Галл две недели изучал по спутниковым снимкам и трехмерным моделям, а потому, что под землей, что на поверхности ориентировался свободно. Миновав две развилки, остановился под чугунной решеткой, через которую пробивался неяркий свет. Достал гибкий светопроводник, просунул в щель, включил управление.
Приблатненные обожают дорогие автомобили, так что автопарк главы республики был обширен и разномастен. Охранялся он крепко, но только по внешнему периметру. О том, что под центром города проходит разветвленная дренажная сеть, хранителям важных тел в голову не пришло. Площадка была укрыта навесом из ондулина, а потому на ливневый сток в дальнем ее углу никто не обращал внимания за ненадобностью.
Водители и охрана сейчас завтракают, смотрят телик и готовятся к выезду, так что у него есть минут пять. Галл разложил компактную стремянку, поднялся, осторожно приподнял тяжелую железяку и отодвинул ее в сторону, выбрался на поверхность, вдоль стеночки миновал зону покрытия камеры наблюдения.
Черная глыба председательского Лексуса LX570 с номером AH 2777 AB Галла не волновала. На крыше жлобской тачки была смонтирована российская система защиты от радиоуправляемых взрывных устройств «Пелена». Для Галла не проблема, конечно, — если нужно — с легкостью обошел бы примитивную электронику, но его целью был не этот объект.
