Я едва не хлопнул себя ладонью по лбу. Какой же я идиот! Если задуматься, когда она отдыхала в последний раз? Это мой организм полностью восстановился в регенерационной капсуле, а вот Ветер… Я даже не уверена, что она спала или ела после того, как выбралась из леса. И вместо того, чтобы позаботиться о ней, я потащил её на экскурсию и загрузил проблемами.
— Тогда приводи себя в порядок, а я принесу тебе поесть, — сказал я и прошёл к выходу.
— Что? Здесь?!
— А я разве не сказал? — притворно удивился я. — Свободных кают сейчас нет. Но, к счастью, мои покои на корабле во всех смыслах императорские. Здесь есть свободная комната, и она полностью в твоём распоряжении. Или компания кого-то из членов экипажа для тебя предпочтительнее?
Аюми сжала кулаки, сузила глаза и набрала воздух, чтобы высказать своё возмущение, но я уже вышел в коридор и насмешливо сказал: «Так и знал, что ты согласишься», после чего заблокировал дверь и ушёл в местную столовую, где стояли пищевые автоматы, а в углу пряталась небольшая кухня. Уж на то, чтобы разморозить стейк, нарезать салат и сварить кофе моих умений хватит.
Настроение у меня чудесным образом поднялось до небывалых высот. Мне нравилось поддразнивать девушку, наблюдая, как вспыхивают от злости её щёки и сверкают глаза. Она вся была как комок противоречий — то холодная и неприступная, то отчаянная и дерзкая. Мне хотелось разгадать её, узнать все её тайны, мысли, желания. Я хотел её всю. Со всеми её проблемами, заморочками и закидонами. Никогда раньше меня не посещали подобные мысли по отношению к женщине. И это был повод задуматься.
В каюту я вернулся достаточно быстро. Судя по тому, что в смежной с моей комнате была тишина, Аюми либо спала, либо принимала душ. Постучав, я не дождался ответа и вошёл. Оставил поднос с едой на прикроватном столике, собрался уйти, но не сдержался.
Дверь в санблок была приоткрыта. До меня доносился шум воды. Сквозь матовые стены душевой кабины я видел лишь размытый силуэт девушки, но этого хватило, чтобы кровь вскипела в моих венах, гулким эхом отдаваясь в ушах.
Словно подросток, я не мог заставить себя развернуться и уйти. Казалось, если сделаю хоть шаг из этой комнаты, случится непоправимое. Глупости, конечно.
Я и сам не понимал, почему так завёлся и почему меня настолько закоротило именно на этой девчонке. Видимо, у меня давно не было женщины. Или Аюми нравилась мне сильнее, чем я думал. А может, всё дело в том, что она так непохожа на других. Такая храбрая и сильная, но, в то же время, безумно хрупкая и нежная. Желанная.
Я смотрел на размытый силуэт саинорки и представлял, как вода скользит по её совершенному телу, ласково касаясь кожи, как девушка запрокидывает голову и ловит прозрачные капли упругими губами, как обнимает себя за плечи и плавно скользит ладонями вниз, оглаживая каждый изгиб, каждую впадинку.
Тряхнув головой, попытался успокоить сердце, барабанной дробью звучащее в груди, сбросил наваждение и невероятным усилием воли заставил себя отступить. Но оказалось слишком поздно. Смешно, но меня, как мальчишку, поймали за подглядыванием.
Я так увлёкся своими фантазиями, что не заметил, как стих шум воды. Дверь кабинки приоткрылась, и Аюми, вытянув руку, взяла полотенце.
— Марк? Что ты здесь делаешь? — донёсся до меня её тихий насмешливый голос.
Казалось, она нисколько не смущена тем, что за ней наблюдает посторонний мужчина. Возможно ли, что её посещали те же мысли и желания, что и меня, и она просто ждала от меня первого шага? Пусть это будет так, потому что, если нет…
Проклятье! Я в любом случае сделаю всё, чтобы она захотела меня так же сильно, как хотел её сейчас я. До звона в ушах и цветных пятен перед глазами, судорожно сжатых кулаков с ногтями, впившимися в ладонь до крови. До потери пульса, дыхания и самоконтроля.
Раньше мне не приходилось завоёвывать и соблазнять женщин. Сколько себя помню, они спелыми грушами падали к моим ногам, готовые на всё. А сейчас, я впервые не знал, как поступить. Уйти? Остаться? Впрочем, первое — выше моих сил.
А, пошло оно всё! Шагнул вперёд и схватился за створку душевой кабины, глядя в расширившиеся глаза Аюми. Она нервно прижимала к себе полотенце, по её хрупким плечам стекали тонкие дорожки воды, губы приоткрылись, словно моля о поцелуе.
— Марк? — вопросительно прошептала Аюми, нервно облизав губы.
Мы стояли так близко, что когда она судорожно вдохнула, её грудь коснулась моей, и мне просто снесло тормоза. Напрочь.
Одним движением выдернул девушку из кабинки и прижал к себе, не обращая внимания на то, что рубашка сразу же промокла насквозь, а полотенце рухнуло вниз, практически не оставив между нами преград.
Её тело — такое маленькое и хрупкое в моих руках. Кожа — безумно нежная и слегка прохладная, тогда как моя — пылает, словно по венам моим течёт не кровь, а жидкий огонь. Не удержавшись, прикоснулся поцелуем к основанию её шеи, ощутив, как лихорадочно бьётся пульс под моими губами.
