Выдохнув, я одним движением переместился, прижав девушку спиной к стене, заглянул в зелёные омуты её глаз, и прочёл в них ответ. И всё вокруг перестало существовать. Только мы — глаза в глаза, кожа к коже. Только наши губы, горячее дыхание и жадные прикосновения.
Аюми цеплялась тонкими пальцами за мои плечи, оставляя на них следы от острых ногтей, путалась пальцами в моих волосах, заставляя откидывать голову назад и доверчиво подставлять шею её поцелуям. Едва слышно что-то мурлыкала, покусывая моё ухо и безумно сладко стонала, позволяя касаться себя так, как я мечтал. И я сходил с ума, воплощая в жизнь все фантазии, что преследовали меня последние пару недель.
Я целовал её так, как не целовал ещё ни одну женщину. Словно в ней вдруг сосредоточилась вся моя жизнь, отпущу — и бездыханным упаду к её ногам. Её губы — сладкие, нежные, манящие. Они лишали меня разума, заставляли забывать о том, кто я и что делаю.
Дрожащими пальцами Аюми пыталась расстегнуть мою рубашку, неловко путаясь в петлях, словно делала это в первый раз. И эта, мать её, робкая неискушённость сводила с ума ещё сильнее! А затем, решив не терять время, она просто рванула полы рубашки в разные стороны, отчего пуговицы застучали по полу, забивая последние удары по моему самоконтролю.
Глухо застонав, подхватил Аюми на руки и, не переставая её целовать — жадно, глубоко, неистово, сам не понял, как оказался в своей каюте. Сдёрнув с кровати покрывало, уронил девушку на чёрные простыни и на миг замер, давая ей шанс меня остановить и моля всех богов, чтобы она этого не сделала. Я же не железный, Космос всё забери!
Но Аюми лишь лукаво улыбнулась и подалась вперёд, касаясь горячими ладошками моей груди. Сердце замерло на миг, и застучало с удвоенной силой. Моя девочка! Склонившись, я выдохнул ей прямо в ухо:
— Назад пути не будет, Юми.
— Плевать, — простонала она и притянула меня ещё ближе.
И я взял то, о чём ещё пару часов назад не смел и мечтать. Я осыпал её тело поцелуями, касался её скул, хрупких ключиц, острого подбородка. Забирал её дыхание, упиваясь тем, как послушно приоткрываются губы Аюми мне навстречу, как доверчиво льнёт хрупкое тело к моему.
И не было сейчас ничего важнее этого. Лихорадочных и жадных или тягуче-медленных прикосновений, жалящих и страстных или мучительно-нежных поцелуев, невыносимого удовольствия, что тугой спиралью скручивалось внутри. Ничего важнее этой пронзительной близости с
Чуть позже, мы молча лежали на растерзанной кровати. Внутри разливалась умиротворённая пустота. Безумная лёгкость и пьянящая нежность невидимой сетью опутывали разум и сердце. Аюми прижималась к моему боку, устроив голову на моём плече и, кажется, уже спала.
Я слушал размеренные удары её сердца и думал о том, что теперь ни за что не отпущу её. Ни за что и никогда. И никакой Конгломерат не получит мою женщину, впрочем, как и не причинит ей вреда, даже на расстоянии.
План, что до этого сформировался в моей голове, окончательно приобрёл цельность. Я полежал ещё немного, глубоко вдыхая аромат волос Аюми, и аккуратно переложил её на подушку. Убедившись, что девушка не проснулась, вышел из спальни, плотно прикрыв за собой дверь.
Наскоро приняв душ в её комнате, я переоделся в запасной костюм и устроился в гостиной, что также выполняла роль моего кабинета. Удостоверившись, что мы покинули Арракеш, но в гиперпрыжок ещё не ушли, по закодированному каналу отправил вызов адмиралу Виану.
Его эскадра, прикреплённая к Азиллели, как обычно, патрулировала дальние подступы к системе. Пожалуй, помимо Камиша и тех, кто сейчас находился на «Надежде», Виан был единственным, кому я по-настоящему доверял. После событий двадцатилетней давности, именно он незаметно опекал меня, смягчив потерю отца и брата.
— Маар Ли, — адмирал ответил на вызов сразу, встревоженно вглядываясь мне в лицо. — Это действительно вы? Всё в порядке?
— Да, спасибо, Мейд, — кивнул я.
Заметив, что этих слов маару Виану явно недостаточно, вспомнил, какие слухи ходят на Арракеше, и закатил глаза.
— Это действительно я, не самозванец, не двойник, не киборг, не оборотень. Напоминания о том, кто именно нажал на красную кнопку двадцать циклов назад, уничтожив Итана Ли, будет достаточно, чтобы это доказать?
— Да, прости, мой мальчик, — отвёл взгляд адмирал. — Времена нынче неспокойные. Что вообще происходит у тебя во дворце? Совет требует привести весь флот в боевую готовность. Поговаривают о перевороте и смене династии.
— Размечтались, — сквозь зубы процедил я. — Просто у нас снова завелись предатели. И очень-очень непростые. Первый — маар Фрейн. Помимо того, что он участвует в заговоре, он ещё и угрожает моей сестре. Я хочу, чтобы ты отправил один из отрядов десанта на Азиллель, мне нужен этот гадёныш. Живым. Слишком много вопросов накопилось. Кстати, свяжись с Орривом, его помощь тоже понадобится: кто сможет выбить информацию лучше, чем самый известный палач Райавара.
— Сделаю, — кивнул Мейд.
