Времени прошло предостаточно, чтобы гость смог привести себя в порядок и уже появиться в гостиной. Но граф Орлов не спешил к нам спуститься. Или Иван Васильевич специально тянул время, заставляя нас нервничать все больше? Даже нянюшка пришла к нам узнать, не напомнить ли гостю о времени. Было неприлично заставлять себя ждать. Елизавета Александровна была согласна с этим, но ни я, ни она не знали, что будем делать при появлении графа. Какой легенды нам придерживаться?
Все решилось само собой. Пока матушка все еще обдумывала, какое решение принять, на весь дом раздался чуть ли не богатырский храп и сонное бормотание графа. На секунду мы даже опешили, не понимая, как на это реагировать. Но вскоре мы с Елизаветой Александровной переглянулись и не смогли сдержать смеха.
Разговор с графом отложился на неопределенный срок. Я не знала, хорошо это или плохо. Спать в тот вечер отправилась в разрозненных чувствах. Уснуть получилось не сразу. Виктория давно уже сопела, пока я лежала и смотрела в потолок. Так и не решив, что говорить графу Орлову, ближе к утру я провалилась в беспокойный сон. Всю ночь я видела Ивана Васильевича, который одаривал меня осуждающим взглядом, качал головой и уходил, оставляя меня одну посередине бала. Вокруг меня тут же образовывался круг из осуждающих кумушек, и все они тоже неодобрительно качали головами. Утром я проснулась с жуткой головной болью. Но, кроме этой неприятности, меня еще и ожидал сам граф Орлов во всей красе.
− Приношу глубочайшие извинения за вчерашнее, − теперь мужчина совсем не был похож на наглого гостя накануне. – Могу ли я проводить вас до гимназии, Дарья Николаевна, заодно поговорить без лишних ушей?
Наташа хоть и разрывалась от любопытства еще со вчерашнего вечера, быстро согласилась дойти до гимназии одна и скрылась на кухне, прежде подмигнув мне. Я отказалась от завтрака. Вряд ли кусок в горло пролез бы. Кивнула, и граф открыл для меня дверь.
В первое время мы шли молча. Я чувствовала себя словно на вынужденном свидании, когда помолвленных молодых отправляли на прогулку и заодно познакомиться.
− Иван Васильевич, − первая заговорила я, обратившись к графу. Молчание, как и напряжение между нами, уже нельзя было вынести. – Я очень сожалею, что вам пришлось проделать такой длинный путь до Васильевска из-за слухов, но уверяю, что вышла досадная ошибка с вашим именем. Мы ни в коем случае не хотели доставлять вам неприятности. Если нужно, я могу написать письмо вашей невесте и все ей объяснить. К тому же, моя матушка, Елизавета Александровна права, что с именами вышла некоторая путаница. Точнее, просто так совпало, что и вы, и мой погибший супруг носили одинаковое имя. Никто не ожидал, что такое бывает в жизни.
− Как вы познакомились с поручиком Орловым? – неожиданно выдал граф, перебив меня.
Я даже шаг замедлила, вспоминая почти дословно историю, выдуманную мной же. Сейчас было бы не к месту ошибиться даже в мелочи. И я неторопливо начала свой рассказ.
− Он поступил тогда как герой, − приложив руки в груди, произнесла я, глядя вперед себя, словно все было на самом деле, а это не плод моего воображения. – Но, к сожалению, его жизнь оказалась слишком коротка. Если бы не его служба…
Я даже глаза в пол опустила, словно действительно прошла через боль потери любимого человека и что мне до сих пор было тяжело вспоминать о прошлом. Но мои актерские таланты граф Орлов нисколько не оценил.
− Когда он отправился испытать новое оружие? – Иван Васильевич тоже замедлил шаги. И теперь он смотрел на меня сверху вниз в ожидании ответа.
− Весной, − выпалила я, судорожно вспоминая даты, когда я прочитала статью в газете. Ведь совершенно не ожидала, что мне устроят допрос с подробностями. – В конце уже, когда нас обвенчали. Ему пришлось срочно уехать. Мы даже не успели обустроить наше семейное гнездышко.
− А как звали командира, через которого действовала коварная разлучница? – не унимался граф, а мне же все больше не нравилось дальнейшее развитие нашего разговора. Создавалось такое ощущение, что меня все глубже и глубже заталкивали в свою же ложь, чтобы потом огорошить правдой.
− Мой муж не называл имен, − врать становилось все сложнее. – Да и я никогда не интересовалась его службой. Он говорил, что не женское это дело. К тому же, Иван боялся, что мой отец решит вмешаться, чтобы помочь своему зятю.
− Ваш отец не последний человек в столице? – надо же мне было так опростоволоситься, что и про могущественных родителей упомянуть так некстати. Ведь матушка, находясь в Васильевске, ни разу не называла своей фамилии. Я же для всех была вдовой Орловой.
Вот только отвечать на вопрос графа я не стала. Мы дошли до гимназии, и я поспешила внутрь.
− Ради своих детей, думаю, и ваши родители готовы пойти на многое, − улыбнулась я мужчине. – Спасибо, что проводили, Иван Васильевич. Я пойду, не стоит опаздывать на занятия.
− До скольки вы учитесь, Дарья Николаевна? – вопрос графа не дал мне уйти сразу. – Я бы хотел встретить вас и завершить наш разговор. Нам еще многое нужно обсудить, также решить, как быть дальше.