Конец столетия, конец тысячелетия. Это – магические слова, они возбуждают воображение, ум, духовную энергию, назначают временные пределы творческому усилию. За столетний отрезок времени ушли в вечность поколения исследователей, свято верящих в стратфордианца Уильяма Шакспера, актера, ростовщика и откупщика. Роберт Грин, забулдыга и пьяница и вместе блестящий драматург, писал об актерах собратьям по перу перед самой смертью в 1592 году: «Я знаю, самый недобропорядочный из вас никогда не станет давать деньги в рост, а самый добренький из них (актеров) никогда не станет сердобольной сиделкой». Со столетием окончилось и время находок документальных свидетельств. Держа в дрожащих руках клочок бумаги с неуверенной подписью Шакспера, исследователи и радовались, и сокрушались – все открытия только усиливали непривлекательность лишенного мифологических украшений образа. Шакспер менял в Лондоне квартиры, скрываясь от налогов, охотно давал деньги в рост, судился с должниками-соседями, спекулировал землей и домами. Словом, жил вопреки завету: нельзя одновременно служить Богу и мамоне. Мы, к счастью, еще не совсем перепутали Бога и мамону и согласны с Грином: интеллигент никогда не станет ростовщиком, а стяжатель – сестрой милосердия. И не разделяем точки зрения С. Шенбаума, самого, пожалуй, крупного американского шекспироведа второй половины XX века, который видел в финансовых спекуляциях Шакспера здоровую заботу о благосостоянии семьи. Извечная проблема добра и зла.
Новое поколение шекспироведов без умиления держит в руках документы, свидетельствующие о деловой хватке Уилла Шакспера. Радость открытия больше не застит глаза. А последние достижения в области психологии творчества, новое видение интеллектуального состояния эпохи, да и старые литературоведческие истины (лирический герой произведения, резонер) настоятельно требуют переосмысления накопленных данных во всех областях шекспироведения. Примером нового подхода может служить прекрасно изданная книга историка и литературоведа Джона Митчела «Кто написал Шекспира?». В ней автор рассказывает без ерничания и ругани о главных претендентах на авторство Шекспира: Шакспере, Бэконе, графах Оксфорде, Дарби, Ратленде,поэте Кристофоре Марло – и сравнивает их шансы. Меньше всего шансов у Шакспера, у остальных приблизительно поровну. Касается он и групповой версии и приводит любопытную таблицу, рассмотрев тринадцать групп возможных участников шекспировской мистификации, коих в общей сложности тридцать семь. Частотность появления главных претендентов по группам следующая: Бэкон – восемь раз; сэр Уолтер Рэли, ученый, путешественник и писатель – шесть раз; Марло и Ратленд – по пять раз каждый; Оксфорд и Шакспер – по четыре раза.
