Держась православного учения, Леонтьев отвергал хилиазм, как церковную ересь. Между тем вера в Царствие Божие, основанная на мечтательной любви к всечеловечеству, стала после «Пушкинской речи» Достоевского общим модным верованием. Леонтьев назвал эту восторженную любовь — «розовой любовью». Этого ему до сих пор простить не могут.
Ему приписывают, будто он вообще отвергал любовь к Богу и полагал основы спасения, руководствуясь лишь животным страхом перед адскими мучениями. В письме к одному студенту Леонтьев пишет о своем обращении: «... Пришла, наконец, неожиданно минута, когда я, до тех пор вообще смелый, почувствовал незнакомый мне дотоле
Не признанный никем, кроме нескольких ближайших друзей, измученный и больной, Леонтьев нашел душевный покой, поселившись в Оптиной Пустыни в усадьбе, построенной бывшим учеником старца Льва архиепископом Ювеналием, составившим его жизнеописание. Годы жизни в Оптиной Пустыни были самыми мирными и покойными в его жизни и даже плодотворными в смысле его писаний. Здесь можно привести четверостишие из «Пророка» Лермонтова:
Здесь его духовником и руководителем был о. Климент Зедергольм, сын пастора, магистр греческой словесности.
После его кончины Леонтьев составил о нем прекрасную монографию312. Лишившись друга и духовника, он стал непосредственным духовным сыном старца Амвросия. В 1891 г. старец Амвросий постриг его в монашество с именем Климент и отправил на жительство в Троице-Сергиеву Лавру, зная, что о. Климент не способен подвизаться в Оптиной Пустыни в качестве рядового оптинского монаха, выполняя все возложенные на него послушания. Прощаясь с о. Климентом, старец Амвросий сказал ему: «Мы скоро увидимся». Старец скончался 10 октября 1891 г., а 12 ноября того же года последовал за ним его постриженик о. Климент. Он умер от воспаления легких.
Старец Иосиф, в миру Иван, родился 2 ноября 1837 г., умер 9 мая 1911 года. Это был ближайший ученик великого старца иеросхимонаха Амвросия, — ближайший не по внешности только, но и по духу, по силе послушания, преданности и любви. Это было поистине «чадо любимое» старца Амвросия. Это чадо послушания воспитывалось в стенах смиренной, убогой хибарки старца Амвросия, проникнутой заветами великих старцев Льва и Макария и молитвами их продолжателя — старца Амвросия. Здесь, в этой тесной келлии, сделавшейся для него «училищем благочестия», он прошел делом самую высшую из наук — монашество и стал в свое время сам наставником монахов. И как это было все просто, скромно, даже для многих незаметно...
Отличительной чертой характера о. Иосифа была необыкновенная скромность, деликатность, уступчивость; а со временем эти качества глубоко проникли во все его существо и претворились в великие добродетели смирения, любви и ангельской кротости. Смиренная поступь, опущенные глаза, краткий ответ с поклоном и всегда неизменная скромно-приветливая улыбка... Еще в бытность его келейником старца Амвросия все как-то безотчетно проникались к нему особым уважением; в нем чувствовалось что-то особенное.
Иван родился в Харьковской губернии. Родители его были люди простые, но благочестивые. Они очень любили читать духовные книги и ходить в храм Божий. Мать водила детей с собой в церковь и дома заставляла их молиться. Маленький Иван пел на клиросе. Иван рос веселым, резвым и ласковым ребенком. Своей чуткой душой он чувствовал чужое горе, но по застенчивости не мог выразить свое сочувствие. Ване было 8 лет. Однажды, играя во дворе, он вдруг изменился в лице, поднял голову и руки кверху и упал без чувств. Когда он пришел в себя, его стали спрашивать, что с ним случилось. Он ответил, что видел в воздухе Царицу Небесную, около Которой было солнце. Законоучитель Вани говорил, что из него выйдет что-то необыкновенное. Отец Вани хотел, чтобы кто-нибудь из детей пошел в монастырь. Первой ушла его старшая сестра Александра — монахиня Леонида.
Ване было четыре года, когда у него умер отец. Матери он лишился в 11 лет. Она умерла от холеры. Ваня остался круглым сиротой. Он поселился у старшего брата — Семена. Но Семен страдал запоем и скоро спустил все отцовское имущество. Он должен был идти работать в чужие люди; брата Ивана он тоже определил на место. Много мест пришлось переменить юному Ивану. Он испытал и холод, и голод, иногда побои и разные опасности.
